9 ноября, 0:17
0
966

Наталья Касперская, президент группы компаний «ИнфоВотч»

0
 
 

Как развить инновационные проекты в России и какие формы поддержки наиболее эффективны? Каковы аспекты развития рынка информационной безопасности? Какие компетенции необходимы для успешного продвижения продуктов на международный рынок, и как можно содействовать диверсификации ОПК? Об этом в интервью рассказала Наталья Касперская – президент группы компаний «ИнфоВотч».

Анатолий Кутузов (А.К.): Наталья, почему Вы посетили Cеверо-Западный промышленный форум? Расскажите, пожалуйста, о своей работе.

Наталья Касперская (Н.К.): Группа компаний "ИнфоВотч" занимается информационной безопасностью предприятий. И в том числе, мы работаем конечно с Ростехом, с предприятиями Ростеха. И для нас это просто значимая вещь. Информационная безопасность в современном мире пронизывает все. Потому что мир становится все более и более цифровым, а значит эту цифру кто-то должен защищать. Вот мы и защищаем ее.

А.К.: Расскажите немного о себе. Какое Вы получали образование и как стали руководителем такой интересной компании?

Н.К.: Я закончила Московский институт электронного машиностроения, а сейчас он называется "электроники и математики". Факультет прикладной математики. И потом, в 1994 году пришла в компанию "Ками", где было направление антивирусных продуктов. Как раз возглавлял ее мой тогдашний муж. И я стала заниматься коммерцией, продвижением этого продукта. Потом предложила ребятам сделать собственную компанию. И мы создали "Лабораторию Касперского", которую я и возглавила, и возглавляла в течение 10 лет. Но потом как-то наши пути разошлись в бизнесе, а "ИнфоВотч" была дочерней компанией в тот момент "Лаборатории Касперского". И я забрала "ИнфоВотч", Касперский остался в "Лаборатории". И вот мы теперь идем параллельными путями. "ИнфоВотч" уже превратилась в группу компаний, которая развивается и растет.

А.К.: А как вам помогает Ваше образование при развитии компании?

Н.К.: В основном я занимаюсь общим руководством, поэтому непосредственно с прикладной математикой я не сталкиваюсь, но иногда помогает в оценке работы программистов, когда они мне собираются морочить голову.

А.К.: Вы очень успешны в продвижении компании, в создании новых продуктов. И в промышленности сейчас это одна из основных задач — создание российского продукта и вывод его на международные рынки. Какие компетенции нужны специалисту, чтобы заниматься этой работой? И что помогало вам в продвижении нашего отечественного продукта, который вы создали?

Н.К.: Вы знаете, в "Лаборатории Касперского" нам конечно сильно поспособствовала удача. Потому что это было как раз начало антивирусного рынка не только в России, но и на мировом уровне. И это всегда очень удобно, когда ты находишься у истоков рынка. Основной наш ключевой продукт в "ИнфоВотч" – это защита от утечек. Мы тоже стояли у истоков рынка, то есть еще даже рынка не было, когда мы только задумали этот продукт. Но поскольку это рынок крупных предприятий, то мы как-то не решились выйти сразу за рубеж, а потом уже какие-то другие компании этот рынок заняли. Тем не менее, "ИнфоВотч" сейчас очень активно занимается зарубежными рынками. У нас есть офис в Дубаи, который работает на весь Ближний Восток. Есть офис в Куала-Лумпур, это Юго-Восточная Азия. Это сейчас два основных региона продаж, которые очень активно развиваются. Что касается того, какие знания нужны, вы знаете, самые разнообразные. Мне кажется, с точки зрения качества продукта, у нас в России вообще все хорошо. Мы умеем делать хорошую высокотехнологичную продукцию. Единственное, наверное, нам не хватает умения ее упаковать и преподнести. Это то, чем мы стараемся заниматься. И то, где у нас хорошее сотрудничество не только с группой "ИнфоВотч", но и с другими компаниями, российскими производителями. Мы, в частности, являемся членами Ассоциации разработчиков российских программных продуктов, и сейчас очень большая тема – это как раз экспорт этих самых программных продуктов. Мы пытаемся строить какие-то пакеты с тем, чтобы выводить конкретным заказчикам уже некие готовые решения, основанные на пакетах отечественных производителей. Это такая, мне кажется, перспективная тема для будущего, для нашей страны.

А.К.:  Скажите, каковы ключевые факторы успеха той модели продвижения, которую вы используете? Насколько я знаю, после того как вы ушли из компании "Лаборатория Касперского", показатели по продажам стали уменьшаться. То есть рост есть, но не так.

Н.К.:  Нет, уменьшаться они не стали. Это неверно. Просто замедлился темп роста. Но я не хочу сказать, что это моя исключительно заслуга – темп роста. Там начались внутренние проблемы что ли, которые привели к такому замедлению. Я так понимаю, сейчас идет рост у них, накапливается. Но сейчас видите, международно-политическая обстановка не очень способствует международному бизнесу такой компании, которая занимается информационной безопасностью. Потому что на Западе всячески раскручивается термин "русские хакеры". Ну и понятно, что "Лаборатория Касперского", которая по сути своей является компанией, анализирующей код чужих программ, точно попадает под это определение, поэтому санкции, которые против них вводят, они такие искусственные. И в этих условиях, конечно, очень сложно работать. То есть условия 10 лет назад для нас были сильно лучше. Но мы это понимаем. Мы как компания, работающая в области информационной безопасности, мы понимаем. У нас были попытки выйти на Запад, даже были какие-то проекты. Но сейчас мы это все-таки свернули и смотрим на Восток. Нет смысла биться лбом в закрытую дверь.

А.К.: Наталья, действительно, Вы уже можно сказать 3-е десятилетие в бизнесе. Это огромный срок. Ваши компании пережили все этапы кризисов, международные, мировые, российские. Скажите, что поменялось принципиально в тех моделях работы, которые вы используете в управлении компаний? 90-е годы в России, 2000-е, насколько я знаю, вы считаете наиболее благоприятным временем для создания компаний.

Н.К.: Давайте ставить точки над I. Мы же не вышли из 90-х. В 94-ом году, когда я начинала, действительно антивирусный рынок, тот рынок, на котором мы тогда работали, он только зарождался. Для любого предприятия это хорошая возможность. Как эту возможность использовать – это другой вопрос. Одно дело выходить на рынок, где уже есть десятки-сотни игроков, которые уже весь рынок поделили и лишний игрок им здесь совершенно не нужен. Другое дело, когда ты приходишь, много маленьких, все примерно в одной позиции, все начинают, не нужно крупных инвестиций. Мы же начинали без инвестиций. Сейчас без инвестиций бизнесу очень трудно. Можно, конечно есть такие успешные примеры, но очень трудно.  В рынке информационной безопасности, для того чтобы сейчас запустить какой-то продукт в нашей области, нужно затратить миллионы долларов. То есть нужно этот путь пройти. Я не могу себе представить, что сейчас появится какой-то новый продукт защиты от утечек вдруг с нуля. 5-6-7 лет назад это было еще возможно, а сейчас уже практически нет.

А.К.: С другой стороны, за это время была создана определенная инфраструктура поддержки инновационных проектов. Существуют венчурные фонды, при чем они разные, фонды посевных, предпосевных инвестиций, прямых инвестиций и так далее. В 90-е годы этого не было. Эти фонды, как Вы считаете, насколько эффективно работают в России? Как-то я изучал динамику инвестирования и заметил, что даже наши собственные инвесторы чаще вкладывают деньги не в российские, а в западные стартапы.

Н.К.: Да, это большая проблема. Если мы будем говорить о венчурном финансировании, то, во-первых, на рынке стало меньше денег существенно с введением санкций, с ухудшением политической обстановки. Это первое. Второе — наши инвесторы ведут себя довольно непатриотично по отношению к собственной стране. И третье — они очень сильно задирают планку и занижают стоимость компании. Мы вели несколько переговоров с различными инвесторами и вышли из этих переговоров, потому что это просто нецелесообразно. В результате мы договорились с российским фондом прямых инвестиций, который был самый лояльный, и это государственный фонд.

А.К.: Это фонд фондов?

Н.К.: Да, представляет себя как фонд фондов, но инвестирует еще и напрямую. И у них политика не заработать больше денег, а разбросать везде инвестиции, получить определенный возврат на вложенный капитал. Он у них фиксированный и это очень удобно, так как они не требуют роста в 100-200 процентов, и чем больше, тем лучше, а устраивает фиксированный показатель. Они вошли на очень маленькую долю, и мы вместе сейчас. Идея привлечения Российского Фонда Прямых Инвестиций (РФПИ) — была как раз — развитие международных рынков, потому что прежде чем что-то заработать на международном рынке, надо что-то вложить. Нужно вложить в инфраструктуру, нужно сделать какой-то офис, нанять людей, построить связи. Это дорого. Особенно на Ближнем Востоке, где довольно "дорогие страны", это просто дорого. И лучше это делать с партнером, а не на свои. И надо сказать, такое сотрудничество довольно успешно развивается. Но существует еще грантовое финансирование, что очень хорошо для развития инновационных штук. У нас довольно много инновационных проектов, и мы также пользуемся грантовым финансированием. И вот этот инструмент работает более-менее эффективно. Но у проектов всегда конечно нужно показывать и доказывать инновационность, а и при оформлении проектов – очень много бумажной работы. То есть это второй пласт. И мне кажется, он даже более доступен, чем венчурное финансирование. Просто в венчурном финансировании есть явный разрыв между потребностями инвесторов и возможностями компаний. Существуют также другие способы финансирования — смешанные финансирования, использования возможностей того же кредитования, но кредитование, скажем, для IT-компаний практически недоступная сейчас услуга, что обидно, потому что у нас есть хорошие компании со стабильным оборотом, но просто специфика банковского бизнеса такова, что они как правило требуют залог, чего IT-компании предоставить не могут. И получается, что у нас такой большой пласт компаний просто "не окучен".

А.К.: Наталья, наблюдая за развитием промышленности, сегментом ОПК, понимая какие сегодня стоят задачи перед этой отраслью по диверсификации и выпуску гражданской продукции, вы, как опытный предприниматель, думаете, что нужно делать и как действовать? Создавать ли венчурные фонды при госкорпорациях для инвестиций в перспективные проекты, запускать какие-то специализированные программы подготовки кадров для стимулирования создания новых проектов, тогда по каким компетенциям, как вам кажется?

Н.К.: Это же разные вещи. Финансирование это одна вещь, развитие государственных институтов, это правильная история. Если мы говорим про образование, про подготовку кадров это другая история. И государство сейчас сюда вкладывает деньги, но у нас две задачи: во-первых, подготовка правильных кадров, во-вторых трудоустройство этих кадров внутри России, то есть недопущение утечки мозгов. Это сейчас довольно большая проблема, потому что с падением курса рубля у нас зарплаты по отношению к долларовым упали. С этим сложно бороться, поскольку люди сравнивают. Понимаете, мы работаем на открытом рынке. То есть мы не работаем внутри России. Люди сравнивают с международными корпорациями. И уходят в международные корпорации на более высокие зарплаты. Нам трудно здесь конкурировать. Это та проблема, которую тоже надо решать. То есть она довольно комплексная. И мне кажется, здесь речь идет не о том, что выбирать какие-то конкретные специальности, у нас со специальностями все хорошо. Нам нужно поддерживать фундаментальную науку и прокидывать мостик в образовании к конкретным предприятиям, организовывать бриджевое образование. Когда ты получил хорошие фундаментальные знания, ты получаешь на последнем этапе уже непосредственно практические знания на том предприятии, где ты будешь работать. Как было же раньше – распределение. Или какие-то дополнительные курсы от конкретных производителей отрасли. Вот, например, в "ИнфоВотч" по своей специализации мы оказываем такие услуги.

А.К.: Возвращаясь к компании "ИнфоВотч" и тем продуктам, которые вы представляете, какие из этих продуктов сегодня могут быть наиболее востребованы при решении задач по диверсификации ОПК, при выводе продукции отечественного производства на международные рынки? Чем бы вы могли содействовать этому направлению в развитии?

Н.К.: У нас все продукты должны быть востребованы. Помимо продукта защиты от утечек, мы продвигаем направление защиты от внешних угроз, от целевых атак, т.н. DDoS-ов, то есть атак отказа в обслуживании. У нас есть отдельный продукт по защите от уязвимости в исходном коде, который автоматически выискивает уязвимости в исходном коде — довольно интересная такая разработка. Мне кажется, это очень востребовано, потому что интернет проникает в индустрию. И это несет совершенно новые типы рисков, от которых надо защищать. И мне кажется, по всем этим тематикам мы можем взаимодействовать как с корпорацией целиком (Ростех), так и с предприятием госкорпорации. И даже мы готовы совместно продвигать это за рубеж.

А.К.: Наталья, сегодня на форуме планируется проведение круглого стола по теме диверсификации, где мы ждем Вас в качестве гостя и спикера, а в завершении интервью, что бы вы могли пожелать представительству Госкорпорации Ростех в Санкт-Петербурге в 10-ый юбилейный год работы?

Н.К.: Во-первых, конечно, хочется поздравить корпорацию с 10-летием. Это хорошая дата. Пожелать успехов во всех начинаниях, в частности, в диверсификации. Мы здесь готовы помогать. Ну и конечно безопасности во всем!

Категории: Лента новостей

Оставить комментарий

Новости на эту тему