Специалисты объяснили, как театры перенимают опыт иммерсивности. По их мнению, в условиях, когда искусственный интеллект захватывает все новые сферы, потребность человека в живом переживании и тактильности растет. Именно такой опыт предлагают иммерсивные спектакли, позволяющие зрителю выйти из привычных социальных ролей и встать со своего кресла. Об этом пишет "Вечерний Санкт-Петербург".
За последние десять лет на культурной карте Петербурга прочно обосновалось новое явление – иммерсивный театр, аннотации которого предлагают не просто посмотреть спектакль, а войти в него, став частью художественного мира. Театральный критик Глеб Ситковский рассказал, что до начала XX века театр был устроен по понятным правилам: зрители сидели в темноте, словно их не существовало для артистов, а действо разворачивалось на сцене. Эта модель напоминала взаимоотношения жрецов и прихожан, где занавес, как в храме, разделял сакральное и профанное пространство.
По словам критика, "четвёртую стену" сломала секуляризация в начале XX века. Отказ от занавеса стал обычным делом, появились интерактивные элементы: актёры стали обращаться к зрителям напрямую. Так, в 1920 году состоялась первая в России иммерсивная постановка Николая Евреинова "Взятие Зимнего дворца". Однако как самостоятельное направление жанр сформировался позже, когда британская компания Punchdrunk задала классический канон спектаклем Sleep No More. В Петербурге первый коммерчески успешный проект – "Безликие" – появился в 2017 году.
Режиссёр-постановщик Сергей Паньков убежден, что основу иммерсивного формата составляет классическая психологическая школа. Он пояснил, что задача педагогов — обучить актёра существовать в состоянии двойственности: быть восприимчивым к спонтанным реакциям аудитории, но уверенно направлять её по драматургическому пути. Когда артист выходит из-за рампы, он оказывается с глазу на глаз со зрителем. Глеб Ситковский добавил, что современный человек стал ценить индивидуальный опыт выше коллективного. Во многих иммерсивных спектаклях для зрителя создается иллюзия сновидения, где он бродит по новому для себя миру. Секрет в том, что свобода здесь — не хаос, а часть продуманного сценария. Задача актёра — не напугать, а вовлечь легким кивком, взглядом или предложением.
Для режиссёров такой спектакль – гигантская головоломка. Организовать четыре параллельных маршрута, которые сойдутся в нужный момент, – задача для стратега и хореографа. Большим театрам с их графиком это не всегда под силу из-за необходимости в гибкости и готовности отпустить контроль. Но когда это срабатывает, наступает награда. Сергей Паньков отметил, что самое ценное – моменты истинного со-творчества с залом, когда зритель по велению сердца находит точный ответ актёру.
Петербургские иммерсивные театры, работающие на регулярной основе, можно пересчитать по пальцам. Чаще формат используется как часть фестивалей. Эксперты оценивают спрос как устойчиво растущий, но нишевый. Генеральный директор ООО "Медиасцена" Владимир Мигин рассказал, что сегодняшний всплеск подогревается развитием мультимедийных технологий и ИИ, которые позволяют зрителю глубоко погрузиться в атмосферу пьесы. Для профессиональных театров привычна вместимость 6–10 человек за сеанс. Это не ограничение, а художественный принцип, так как увеличение группы разрушает природу опыта. Из-за камерности билет может быть дороже. Причина не в элитарности, а в экономике: при малом количестве зрителей невозможно компенсировать затраты массовостью, а актёров на одного человека приходится значительно больше. Операционный директор театра Morpheus Алёна Агишева объяснила, что на такие спектакли приходят не только искатели нового, но и обычные зрители, которые хотят переживать.
Локации чаще всего находятся вне классических театральных кластеров – в лофтах, особняках и квартирах. Классическое здание построено по иерархическому принципу, что создает препятствия для иммерсивного спектакля, которому требуется пространство без четкого центра. Кроме того, репертуарные театры ограничены регламентами безопасности. В лофтах иначе: они позволяют соотнести пространство со спектаклем и задать собственные правила игры. Директор по маркетингу пространства "Дворец Кваренги" Елизавета Бельченкова рассказала, что для площадки это возможность увеличить аудиторию. Она добавила, что люди делают фото, чтобы поделиться впечатлениями, поэтому если пространство обладает цепляющим визуалом, большой поток отметок в социальных сетях обеспечен.
Фото: Piter.TV
Обсуждение ( 0 ) Посмотреть все