Вадим Базыкин: Рыбаки накрываются простынями, прячась от спасателей

0 0

Неожиданная февральская весна уже принесла первые сообщения о нуждающихся в спасении любителях подледной рыбалки. Вадим Базыкин, заслуженный пилот России, рассказал, что сами рыбаки далеко не всегда хотят спасаться и идут на всяческие ухищрения, чтобы ввести

Неожиданная февральская весна уже принесла первые сообщения о нуждающихся в спасении любителях подледной рыбалки. Вадим Базыкин, заслуженный пилот России, рассказал, что сами рыбаки далеко не всегда хотят спасаться и идут на всяческие ухищрения, чтобы ввести в заблуждение спасателей. Кроме того, до сих пор Петербург и Ленинградская область не могут решить, кто должен оплачивать операции по вызволению петербуржцев, попавших в ледяной плен на территории Ленобласти. Базыкин считает, что для решения этой проблемы нужно ввести обязательное страхование рыбаков. Как понять, когда можно выходить на лед? Сколько стоит спасательная операция? Как рыбаки прячутся от спасателей? На эти и другие вопросы Вадим Базыкин ответил PITER.TV


 

Роман Романов: Вадим Валерьевич, вот уже снова в новостях появляются сообщения, что очередных рыбаков унесло на льдине. И каждый год, видимо, когда оттепель, одних и тех же рыбаков уносит на одной и той же льдине. Скажите, часто вообще приходится их спасать в сезон?

Вадим Базыкин: Постоянно. Каждый год. Начиная с конца февраля, и по сути, до конца апреля. Так всегда. Каждый год уже.

Р.Р.: А сколько примерно человек нужно спасать?

В.Б.: У нас один день был - 800 человек на льдине было.

Р.Р.:  800?

В.Б.: Да. Думали, как их складывать уже куда. Вытащили всех. Нормально.  

Р.Р.:  Как вы вообще относитесь к тем людям, которые в такую погоду выходят на лед? И потом нужно поднимать вертолет для того, чтобы их оттуда вытаскивать.

В.Б.: Да, я нормально к ним отношусь. Все же лучше, чем водку пить. Пусть ходят. Просто ветровую обстановку, надо следить за этим обязательно. Это, во-первых. А во-вторых. У нас только-только в этом году первый раз информация правдивая стала идти, о том можно рыбачить или нельзя. У нас же всегда нельзя рыбачить, потому что будет плохая погода. Естественно человек даже не прислушивается к метеопрогнозам.

Р.Р.: То есть синоптики обманывают? 

В.Б.: Да, ложную информацию дают и все. Я вот только в этом году, смотрю по телевизору - была карта с припаем, где можно рыбачить, где нельзя рыбачить. И ребята сейчас начали уже прислушиваться. А по поводу того, что вертолет вылетает или не вылетает, тут, как правило,  понимаете, проблема очень серьезная. То, что два губернатора спорят, кто будет платить. Поскольку один губернатор говорит, что это же в Ленинградской области, а другой говорит – это же с жителями Санкт-Петербурга случается, как правило. И поэтому, с  9 до 17 - эти проблема, как правило, решаются. А после 17, когда наступает ночь, начинаются звонки: «давайте, летите, спасайте!» А ночью летать, как сами понимаете, это очень сложно. Усложняет это все. Вот. Поэтому нам бы лучше, чтобы информация поступала вовремя и мы тогда готовы.

Р.Р: Понятно. А вообще, как вы считаете, может надо, чтобы рыбак как-то сам нес ответственность за свои действия? И финансовую, в том числе.

В.Б.: Мы со страховыми компаниями разговаривали, обсуждали это лет 7 назад, они сказали, что это в принципе, на сегодняшние деньги,  может быть 1000 рублей на сезон, на весну. Я думаю, каждый рыбак может найти около 1000 рублей, чтобы застраховать именно свои риски рыбацкие. Но зато, уже есть капитал, который оплачен…

Р.Р.:  Понятно. Чувствовать себя уверенно.

В.Б.: Конечно, что вертолет прилетит.

Р.Р.:  А какова стоимость спасательной операции примерно?

В.Б.: Как правило, нормальный поиск от 2,5 часов. Это порядка 230-250 тысяч рублей. 

Р.Р.:  А как рыбаки реагируют, когда вы за ними прилетаете?  Потому что, я знаю, что они далеко не всегда хотят спасаться.

В.Б.: Потому что их напугали. То, что они будут ответственны по оплате, скажем, транспортных расходов: вертолетов, МЧС, бригад и прочего. Хотя я не представляю, как можно их сделать ответственными, поскольку  половина из них работают без трудовых книжек. То есть, они либо на пенсии, либо в каком-то другом режиме непонятном, или без прописки. Люди ходят за вдохновением.

Р.Р.:  Не за рыбой.

В.Б.: Конечно, конечно! Вот. Поэтому нечего бояться. А так вплоть до того, что просто прячутся. Несколько лет назад с собой простыни даже брали. Когда объявили, что они теперь будут обязательно оплачивать вертолет. Так они накрывались.

Р.Р.:  Накрывались простынями?

В.Б.: Да. Мы на следующий день за ними прилетали. Я точно знаю, что ночью я эту льдину обследовал. По формам, по контурам – она. Я говорю: «А где вы были? Вас не было на этой льдине ночью». – «Ну вот мы прятались». Показывают простыни, смеются. 

Р.Р.:  Скажите, а вот их вещи, снасти рыбацкие, вы забираете или нет? Или там остаются?

В.Б.: Если плотный режим спасения, то оставляем на льдине. Если очень много людей. И потому, чтобы у нас был запас хотя бы недельку. Пока они купят новые снасти… Ну, а в принципе, когда эпизодические полеты… Это бывают зимы такие, антициклонические, устойчивые. Может один вылет всего за зиму, естественно, мы не зверствуем, берем и снасти, и все. Бога ради, заходите.

Р.Р.: А когда вы снасти оставляете рыбаки наверняка против?

В.Б.: Да нет. Мы забираем-то в основном «смертничков» или тех, кто уже попрощались с жизнью. Те, как правило, даже… Во всяком случае, не высказывают свои мысли на эту тему.

Р.Р.: А вот этой зимой? Как, по-вашему, зимой, весной, много будет таких случаев?

В.Б.: Много. Зима циклоническая, с очень частыми поворотами ветра. Практически каждый день новый ветер идет. А наши водоемы… Вот Ладога. Для того чтобы ей замерзнуть, ей не нужны морозы. Достаточно минус 2, минус 1 и недели безветрия, ну спокойного, скажем, одного ветра и она встанет. А будет минус 40, но будет ветровая обстановка разная, она никогда не встанет. Она все время будет разрушаться. Потому что шаг волны очень мелкий, дно на Ладоге изрезано – до 300 метров глубины. От 1 метра до 300 с перепадами. Поэтому этот водоем очень сложный. И вода тяжелая. Там держаться на ней практически невозможно. Поэтому разбивается быстро лед.

Р.Р.: Рыбаку чтобы не попасть в какую ситуацию нужно наблюдать за температурой и за ветром?

В.Б.: В основном за ветром. И за давлением. Как это не странно. Просто, это основное.  Вот нас учили, в своем время, определять погоду от давления.

Р.Р.: А расскажете?

В.Б.: Якуты ее так определяют. Просто обыкновенный прибор - падает или растет давление. Если давление падает, будет обязательно поворот ветра.

Р.Р.: И выходить нельзя. 

В.Б.: Да, обязательно, да. Если давление растет, то будет устойчиво, нормально все.

Р.Р.: Все понятно. То есть все просто.

В.Б.: Да.

Р.Р.: Вадим Валерьевич, скажите, вот вчера один из питерских депутатов Елена Бабич, она критически отозвалась о службе спасения 112. Сказала, что не дозвониться до них и вообще к ним много претензий. Вы вообще что-нибудь знаете про них? Как ребята работают? Как впечатления от них?

В.Б.: Да, вы знаете, главное, что они уже работают и кому-то помогают. Критиковать-то мы все может, а хорошо ли мы сами работаем? Я знаю, что там очень отзывчивые, хорошие люди. Как они работают, я просто не проверял.  

Р.Р.: Понятно.

В.Б: Во всяком случае, я стараюсь быть похожим на этих людей, которые, во всяком, случае, никогда не отказывают в помощи. То есть не говорят: «мы за это не возьмемся, позвоните туда-то». Видимо подготовленный состав - всегда выезжают. Молодцы! Мне нравятся!

Теги: ,
Категории: ,

Обсуждение ( 0 )

Новые комментарии