Режиссер Александр Миндадзе – о жизни, "Паркете" и качественных сценариях

Режиссер Александр Миндадзе – о жизни, "Паркете" и качественных сценариях

0 0

Четвертый собственный фильм постановщика – наиболее зрительская картина, ставшая одной из самых недооцененных в этом году.

На юбилее танго-клуба в дорогом отеле встречаются немолодые танцоры – стареющий ловелас по прозвищу Какаду ​​(Анджей Хыра) и две его "телки" – бывшая жена Валенсия (Евгения Додина) и бывшая любовница Элизабет (Агата Кулеша). Когда-то они втроем танцевали на одном паркете, а теперь им предстоит выступить вместе впервые за долгое время.

Со стороны кажется, что ниша фильмов о танцах в мировом кино до пошлости упрощена – в сознании до сих пор всплывают воспоминания о "Шаге вперед" и другие суррогаты жанра, напоминающие о знаменитой франшизе. Можно вспомнить, что разговор о пожилых людях в авторском кино часто ведется с позиций финального разговора со смертью – можно вспомнить "Любовь" Михаэля Ханеке, недавних "Отца" или "Молодость" Паоло Соррентино. Совместить эти два направления, добавив новую точку зрения – задача нетривиальная. Картина "Паркет" режиссера Александра Миндадзе ("Отрыв", "В субботу", "Милый Ханс, дорогой Петр") справляется с этим выше всяких похвал, параллельно задевая и другие темы. Фильм тишайше прошел в российском прокате на фоне пандемии, сейчас его можно найти только на стриминге Okko, но с художественной точки зрения работу можно назвать одной из самых недооцененных в этом году.

В отечественном кино главными персонажами давно не становились актеры немолодого возраста, показывая свою уязвимость перед надвигающимся временем – те, кого уже можно называть "дедушками" и "бабушками", но те, кто с этим еще не согласен. Они уже не скрывают свои морщины на постоянных крупных планах, но им под силу выжать последнее перед динамичной операторской работой, их реплики ярки и бьют наотмашь. Сценарный базис – хлеб для Миндадзе, написавшего лучшие тексты для работ Вадима Абдрашитова, и тем интереснее следить за развитием его киноязыка, раскрывающегося в статусе отдельного постановщика.

Помимо очевидного сюжета о любовном треугольнике фильм может раскрыться и с других точек зрения – например, разговора о сути творчества, человеческой близости как таковой и ощущения конца молодости как этапа эгоизма, что для многих равносильно смерти. Не определившись, что важно лично для тебя, теперь надо уделять внимание потомкам? Уже? Так быстро? Это куда разрушительнее Чернобыля, это хуже авиакатастрофы.

У Piter.tv накопилось несколько вопросов к Александру Анатольевичу. Мы поговорили об особенностях самой картины, качественных сценариях и жизненных трудностях.


Начнем с приземленного – как долго вы искали актеров на главные роли? Почему их пришлось переозвучивать?

Это была долгая история. Актерский дефицитный возраст – около 50 лет, это зияющая пропасть: либо артист уже знаменитый, либо он уже не артист. Оба варианта – это плохо. Я уже работал с Олегом Борисовым, довольно известный актер, это предполагает принятие всего шлейфа его прошлых работ.

Опыт работы с актерами, неизвестными для широкого зрителя, у меня тоже имеется. Например, Виталий Кищенко, его работа у меня в "Отрыве" – одна из первых для него на большом экране. К 50 годам жизни на человека накладывается печальный шлейф, если он не работал в театре или кино. Я не назову этих людей неудачниками, но неумолимые штрихи времени остаются из-за долгих актерских поисков.

Было очень много хороших и активных ребят до 25-30 лет, но дальше начинаются проблемы. Поэтому кастинг был долгий, я смотрел людей из России и Прибалтики, но остановился на Польше. Там встретил Анджей Хыра, ведущего артиста театра режиссера Кшиштофа Варликовского в Варшаве, а также Агату Кулешу из фильма "Холодная война" Павликовского, номинанта на "Оскар". Евгения Додина – замечательная актриса из Беларуси, закончила ГИТИС, а потом уехала в Израиль. Сейчас работает в Германии и играет множество драматических ролей в разных проектах, например, в "Убивая Еву".

Актёры играли на русском языке, но их приходилось переозвучивать из-за того, что они говорили с акцентом. А в смысловом плане они полностью соответствовали тому, что они изображали.

При подготовке сценария насколько вы сами погрузились в тему танго и танцев? Выглядит как необычный опыт.

Мне нужно было понимать тематику, поэтому при написании сценария я изучал вопрос и встречался со многими танцорами, фиксировал их истории. Я посещал много мероприятий по милонге, которые очень популярны в Москве. По пятницам в ресторане собираются незнакомые люди и танцуют. Затем я делился впечатлениями с балетмейстером и описывал ему то, что я хотел видеть в картине, что нужна менее спортивная сторона танца.

Куда обычно заносит бывших танцоров в реальной жизни?

По-разному – кто-то открывает собственные танцевальные школы, это преуспевающая часть людей. Остальных заносит в жизнь без особого отношения к танцу (может, на какой-то вечеринке они могут что-то изобразить), и таких людей большинство. Как в фильме: у одного – собственный магазин танцевальных костюмов и выкуплена половина отеля, а у другого – ничего, кроме запоев и инфарктов.

Насколько автобиографична основа сценария?

Моя позиция вся отражена там, естественно, это в большей степени моя жизнь, мои волнения и утраты. Жизнь в кино с маниакальным желанием постоянно писать и снимать, линия самореализации – это идея фикс, которая затмевает то, что остальной мир проходит мимо, что есть женщины, рождаются дети. Это как иллюзия реальной жизни. Из-за этого возникает риторический вопрос, что есть реальная жизнь на самом деле – твои старания на паркете, которые никому на самом деле нужны, но кажутся такими важными в моменте, или же твоя собственная жизнь. Это и есть некое параллельное существование творческого человека.

Отдельное восхищение вызывает сцена, снятая в зеркальном лифте отеля. Камера движется вместе с кабиной, ее нигде не видно. Как это было сделано?

В данном случае камеру поместили в такой же соседний стеклянный лифт. Приблизили – и получилось. Это заслуга Олега Муту, он выдающийся оператор фильмов "4 месяца, 3 недели и 2 дня" и "Смерть господина Лазареску", получавших призы в Каннах.

Мы тяжело и долго искали гостиницу для съемок, достраивали фальш-стены, что-то декорировали. Нашли нужное только в румынской Констанце, например, в Сочи это невозможно снять никак – снять часть отеля на длительное время съемок можно, только если ты миллиардер. Я сразу обратил внимание на этот лифт и думал как его применить, оператор тоже положил глаз.

Насколько ваш съемочный процесс затронула пандемия ковида?

Мне повезло, я успел снять зимнюю натуру, перед тем как все началось. Все, что касается процессов постпродакшна, озвучания, то они немного затянулись. "Мосфильм" был закрыт долгое время, а когда он открылся, то пускали только по спискам, у меня были сложные озвучания с пробами. Но особенно повлияло внутренне, погрузился в какую-то эмоциональную яму и пытаюсь делать что-то дальше.

Готовите новый сценарий?

Я очень надеялся что-то произвести за время карантина, тем более большую часть времени приходилось сидеть дома, но я настолько был без внутренней энергии, что я только сейчас работаю снова.

Предполагаю, ваш переход от сценариста к режиссеру оказался трудозатратным. Сколько обычно занимает "бумажная" подготовительная работа к съемкам?

Невозможно снять авторский фильм на государственную субсидию Министерства культуры. Поэтому приходится искать инвесторов, продюсеров. Но это не тот случай, что для картины копродукция стала спасением. В Европе так часто снимают, даже Ларсу Фон Триеру его фанатичные женщины-зрительницы ищут инвесторов и складывают в общую казну.

Что стоит за копродукцией? Откуда обычно приходит поддержка?

Обычно это является сборной историей. Например, немецкий фонд представляется немецким продюсером, который хочет войти в это дело и выделяет под это бюджет.  Другой вариант, когда фильм уже снят и ты просишь денег на постпродакшн, это более выигрышный вариант. Ситуация, когда ты предоставляешь драфт сценария, тоже возможна, но больше для местных фондов в России. Лучше всего представлять окончательную версию картины.

Конечно, существует фонд "Кинопрайм", где, действительно, поддерживают производство фильмов, но там тоже нет такого, что сразу от заявки идут и на нее выделяют деньги. Нужно принести готовый проект, что есть субсидии и этот фонд должен стоять первым на получении дивидендов. Никто не будет финансировать вторым.

В чем для вас "производственная" разница между сценаристом и режиссером? Ощущаете ли вы большую ответственность? Одно дело текст написать, а другое дело – полностью контролировать процесс.

Я почти всегда работал с одним режиссером – Вадимом Абдрашитовым – поэтому это была необычная сценарная ситуация, особенно в советское время. В одном случае заключался договор, сдавался текст, и сценарист забывал об этом. А я пытался писать то, что хотел. Из-за этого было постоянное согласование с режиссером. Когда я сам стал режиссером, наверное, что-то изменилось. Но работа со сценарием для меня по-прежнему весьма тяжела. Я снимаю фильм в голове во время того, как пишу сценарий, далее уже другая опасная фаза съемочного процесса. Главная сложность была в том, чтобы довести замысел до конца и не идти на компромиссы с самим собой.

Насколько со временем у вас меняется отношение к своим режиссерским проектам? Как у любого творческого человека, наверняка находится недовольство?

Оно меняется. Когда снимаешь, некоторые сцены снимаются слишком быстро, хоть и пытаешься выбить больше смен. Во время съемок уже понимаешь, что получается хорошо, а что нужно менять и придумывать заново. Это волнами приходят от самообмана и обольщения до излишнего разочарования.

Полное понимание о картине приходит через года 2-3, когда ты уже чужим глазом смотришь. Конечно, радуешься, что получилось, но уверенности нет, как и мании величия. Сейчас быть знаменитым – это красиво, в отличии от пастернаковского времени. Лицо самоуверенного человека приносит тебе деньги. У меня ситуация как у Евтушенко:

Я суеверно не уверен.

Скрывая внутренний испуг,

то в чём-то слишком неумерен,

то слишком скован я и скуп.

Вы наблюдаете какие-то изменения в текстовой составляющей кино? Сейчас, в том числе и к блокбастерам, у зрителей часто формируются претензии о слабости сценариев.

Произошла одна простая, но существенная вещь. Когда я учился, нас всех призывали в конце обучения написать исповедь. Каждый писал о том, что лично его раздирает изнутри в данный момент, о своем личном опыте. Сейчас ситуация диаметрально противоположная, потому что нужно писать по заказу.

Молодой человек приходит после ВГИКа, и он счастлив, если поступает заказ. Он работает в параметрах каких-то тем и ограничений, а его личность курит в сторонке. Это происходит без участия души и исповедальности. Отсюда черчение по лекалу, работа на массовую культуру. В любой Германии сложно найти то самое авторское кино, во всем мире так, там мизерные деньги. А что приносит успех – кассовые блокбастеры с государственным бюджетом. Картины, которые себя оправдывают, их процентов 7.

Какого кино вам не хватает? Какой был последний фильм, который вы посмотрели и сказали: "Вот это да"?

На меня кино производит впечатление в плане того, что я вдохнул энергию и ощутил интерес. Например, Ларс Фон Триер – "Меланхолия". Иногда бывает так, что ты ищешь эту энергию интуитивно, во время того, как работаешь, натыкаешься на картины того же Антониони, которые ты и раньше смотрел, но именно сейчас они были нужны.

Какого кино по эмоциям лично вам не хватает?

Мне не хватает захватывающего кино, чего-то, что было бы для меня новым. Хочется восхититься и не успеть заметить усилия режиссера, потому что очень много фильмов, где ты видишь, как изо всех сил режиссер старается показать мысль. Ты заранее знаешь сколько он будет тянуть эту паузу, ты знаешь, где будет укороченный эпизод, ты все это предчувствуешь.

Материал подготовили Федор Быков и Алина Мойса, Piter.tv

Фото, трейлер: предоставлено прокатчиком картины

Коллаж на главном фото: Евгений Рыбкин, Piter.tv

Теги: , , ,
Категории: , , , , , ,

Обсуждение ( 0 ) Посмотреть все

Новые комментарии