8 апреля 2011 года, 21:00
0
5538

Давид Гиличинский: Почему на Марсе возможна жизнь?

0
 
 

Российские ученые близки к ответу на вопрос, волнующий миллионы: есть ли жизнь на Марсе? Более того, у нас на Земле есть территории, практически идентичные марсинаским - это вечная мерзлота Арктики и Антарктики. Давид Гиличинский, профессор Института физико-химических

Российские ученые близки к ответу на вопрос, волнующий миллионы: есть ли жизнь на Марсе? Более того, у нас на Земле есть территории, практически идентичные марсинаским - это вечная мерзлота Арктики и Антарктики. Давид Гиличинский, профессор Института физико-химических и биологических проблем почвоведения РАН выступил в Петербурге рассказал об экспериментах в Арктике и Антарктике, позволяющих не только смоделировать процессы, происходящие на Марсе, но и обозначить пределы сохранения биологический жизни - по мнению ученых, можно точно утверждать, что в земной вченой мерзлоте она сохраняется на протяжении 3 миллионов лет. Удалось ли чему-нибудь выжить в вечной мерзлоте Марса, которой 3 миллиарда - ещё предстоит выяснить.

 

 Роман Романов: Давид Абрамович, объясните, пожалуйста, как связаны ваши исследования в Арктике и жизнь на Марсе? В чем здесь связь? Расскажите. 

Давид Гиличинский: Связь простая. 7 из 9 планет в нашей солнечной системе холодные. Включая Марс. Холодные – значит мерзлые. И сегодня влияние всего человечества, весь космический интерес во многом… или практически полностью сфокусирован на Марсе. Марс - действительно, та планета, под которую реально выделяются деньги под исследования. Под которую реально создается аппаратура, и готовятся космические корабли, включая высадку человека. Когда говорят о полетах на Марс… Понятно, что там целый спектр исследований. Но, как всегда, первая фраза – это поиск жизни на Марсе. Поэтому предпринимаются попытки понять: есть она или нет там, может она быть там или не может. Конкретно наша позиция вообще очень простая: что на Земле в высоких широтах, в обоих полушариях у нас есть вечная мерзлота. Мы, в первую очередь, являемся специалистами по изучению вечной мерзлоты. И если Марс мерзлый, то некая модель мерзлой окружающей среды может быть изучена на Земле. Вот, собственно, достаточно простая (связь) из общих соображений, из соображений логики.

Р.Р.: То есть, там можно смоделировать марсианские условия?

Д.В.: Даже не смоделировать, а посмотреть. Это некий аналог марсианских условий.

Р.Р.: Понятно.

Д.В.: Мы ведем исследования. Может, мультидисциплинарные. Междисциплинарные. В первую очередь, на стыке гео-био. Наука о земле и биологии. На стыке этих наук. И основное наше достижение… Мы достаточно убедительно показали, а вслед за нами еще много людей, разными командами в мире это было подтверждено, что в вечной мерзлоте сохраняются живые микроорганизмы. Мы говорим, что мы не знаем, была ли жизнь на Марсе или нет. На ранних стадиях развития Марс и Земля прошли одни и те же этапы развития. Поэтому теоретически она могла там быть. Но это не наш вопрос. Мы можем в этом участвовать, - так же как и вы, - из общих соображений. Но если она там существовала, то ее следы в виде клеток могли сохраниться в толще вечной мерзлоты. На поверхности очень жесткие условия. Сегодня считается, что не может.  Но в мерзлоте, в толщах, она могла сохраниться, по аналогии с мерзлотой Земли.

Р.Р.: А есть ли на Марсе вода?

Д.В.: Сегодня, научное сообщество космическое не сомневается, что на Марсе есть вода. Появился даже термин «Water-rich planet» - богатая водой планета.

Р.Р.: Я подведу итог. Если на Марсе есть вода, если там есть аналогичная нашей мерзлота и в этой мерзлоте сохраняются организмы, то, значит, вывод – там возможна жизнь?

Д.В.: Мерзлота, вода и жизнь... Теперь, что такое вода? Чтобы было понятно. Так как там температура отрицательная, значит - это лед. В замерзшем слое. Это классический пример нашей мерзлоты. Все. А дальше вы можете внутри найти массу экосистем сходных на Земле. Посмотрите на поверхность Марса и наших полярных территорий. Поверхности чисто визуально очень похожи. Трещины, полигоны растрескивания - то же самое, как работают все растрескивания морозобойные. То же самое вы увидите на Земле и на Марсе. Этих картинок много везде, в Интернете, где угодно.

Р.Р.: Давид Абрамович, вы знаете, у меня есть такое подозрение, может быть вы сейчас обидитесь… Вот скажите, не получается ли так, что связь ваших арктических, антарктических исследований с Марсом – это, в каком-то смысле, PR-проект? Для того, чтобы для исследования Арктики, Антарктики достать побольше денег и привлечь больше внимания. Есть такое подозрение. Что вы на это скажете?

Д.В.: Вопрос логичный. Начну. Мы не ведем космические исследования. Вот то, что я вам сказал - это выводы, вытекающие из нашей работы в Арктике и Антарктике.  Наши работы в Арктике и Антарктике не называются «Есть ли жизнь на Марсе?». Они посвящены другим вещам. Просто сам факт присутствия или нахождения в вечной мерзлоте живых микроорганизмов…

Р.Р.: Позволяет сделать выводы еще и об этом…

Д.В.: И об этом. Вы так же, с таким же успехом, можете говорить о медицине, о биотехнологиях. Как эти древние организмы можно использовать? Вы можете говорить о десятках новых направлений, в зависимости от того, какой вопрос стоит. Есть, так скажем, фундаментальный вопрос: «Сколь долго может жизнь сохраняться?». Фундаментальный вопрос биологии.

Р.Р.: Да. А в медицине это как может быть использовано?

Д.В.: Известно: что бы вы ни взяли, какие бы вы не отобрали образцы, не важно где. Вся биота мутирована. Антропогенный фактор. Нет чистых организмов. Когда вы будете в мерзлоте, когда все это замершее три миллиона лет или миллион лет, то они чистые. Для ряда медицинских проблем они могут оказаться полезными. 

Р.Р.: Какого рода? Приведите пример.

Д.В.: Дальше начинаются вопросы устойчивости к антибиотикам, устойчивости к тяжелым металлам и другие… Я могу сказать, например… Это имеет теоретические и прикладные применения в совершенно разных областях. Поэтому у нас нет никакой необходимости пиариться через Марс. Это просто одно из приложений того, что у нас есть. Астробиология, как таковая, очень активно развивается сейчас. Во всем мире. И там есть проблемы большие, в том числе - обнаружение жизни. Но в том числе есть и… Как-то русского нет аналога. По-английски - «planetary protection». Или мы туда «заразу» завезем, или они сюда. То есть, это тоже… много проблем есть. Это и вопрос стерилизации космических кораблей, он у нас существует на очень высоком уровне.

Р.Р.: То есть, когда мы в фантастических фильмах видим, как космический корабль привез какую-то биологическую заразу на Землю, и здесь началась катастрофа – это, в каком-то смысле, не просто выдумка режиссера, а реальная возможность? 

Д.В.: Нет. Мы считаем, что нет. И, опять же, вы сначала должны ответить на этот вопрос. Это отдельный блок в вопросах - опасно это ли нет?  Потому что, например, сегодня  на Арктическом побережье… У нас берег… А берега Арктического побережья мерзнут. Сегодня за счет термоабразии берегов (море наступает), берег отступает со скоростью 3-5 метров в год. Вся эта толща подмывается, падает, соответственно в воде тает. Идет круговорот. Они сегодня попадают…

Р.Р.: И ничего страшного не происходит…

Д.В.: Да, но мы говорим пока про тот отрезок, который на протяжении этих трех миллионов (лет). Но в Арктике у нас, там, где мы работаем, она была тундрой, что тогда, что сейчас. Лес, тундра. В этом плане в тундре особо ничего и не было. Опасно только то, что когда уже появился человек. То, что сделал человек и закопал. А сейчас это размыло речкой, например, вот это уже опасно. Но это уже не относится к нашей (работе). Но там действительно есть проблема. 

Р.Р.: Ясно.

Категории: Новости России

Оставить комментарий

Новости на эту тему