13 января 2011 года, 16:00
0
3579

Рашид Мангушев: почему в городе не ведется подземное строительство?

0
 
 

60% фундаментов зданий в историческом центре находятся в неудовлетворительном состоянии. Угрожает ли старым зданиям ведущееся по соседству строительство? Нужно ли запрещать возведение новостроя в историческом центре? Почему инвесторы не применяют щадящие технологии?

60% фундаментов зданий в историческом центре находятся в неудовлетворительном состоянии. Угрожает ли старым зданиям ведущееся по соседству строительство? Нужно ли запрещать возведение новостроя в историческом центре? Почему инвесторы не применяют щадящие технологии? Сколько сэкономили авторы "Стокмана"? Возможно ли строительство ПОДЗЕМНЫХ парковок и дорог в Петербурге? Рассказывает Рашид Мангушев, один из лучших в городе специалистов по фундаментам и грунтам, заведующий кафедрой геотехники СПбГАСУ.


Роман Романов: Рашид Абдулович, вы провели исследование фундаментов домов в историческом центре Санкт-Петербурга и результаты исследований показали, как я понимаю, что 60% фундаментов исторических зданий находятся в неудовлетворительном состоянии. Это правда? Я вас правильно понял?

Рашид Мангушев:Значит, по сути дела, давайте начнём с того, что вот центр Санкт-Петербурга находится в зоне большой толщи слабых грунтов. Это образовалось достаточно идеологически сравнительно недавно, порядка 30-ти лет, на территории нашего города находилось несколько морей, в дальнейшем территория поднималась после ледников, образовалась долина реки Невы, и вот эти наносы и древних морей и дальнейшего Балтийского озера, они создали достаточно большую толщу,то что мы называем на мореную толщу слабых грунтов в Санкт-Петербурге. И вот как раз, если мы посмотрим на эту карту (Показывает на карте),то вот зоны, показанные красным, вот здесь толща на мореных отложений составляет…

Р.Р.: Это как раз красным зоны исторического центра?

Р.М.:Да, вот это красным, жёлтым отложение слабых грунтов составляет порядка от нескольких метров до нескольких десятков метров. Вот вы видите, центральная часть, где у нас расположены: Исаакиевский собор, Троицкий мост, Марсово поле, дальше переход на Васильевский остров – здесь толщина на мореных отложений доходит до 30-ти и больше метров. Это большая толща слабых грунтов.

Р.Р.: Как это влияет на фундамент?

Р. М.:Чем больше толща слабых грунтовых, тем больше возникает осадка у этих зданий.

Р.Р.: То есть дом просто проседает?

Р. М.:Осадка– это вертикальные деформации сооружения, но они влекут за собой, как правило, неравномерные деформации, в результате которых создаётся напряжение в несущих конструкция, в стенах например, и возникают трещины. Вот, с учётом этого, мы где-то в начале 2000-го года мы постарались провести… мы проводили это обследование: наша кафедра и наш центргеотехнологий на протяжении порядка 50-ти лет проводились исследования в центральной части города, и не только в центральной части города, и получилось так, что для многих зданий, которые опираются на вот эту верхнюю часть – пылеватые пески в верхней части разреза, они имеют давление, которое значительно превышает то, что может выдержать грунты, то, что может выдержать нижележащие подстилающие грунты.

Р.Р.: Часто можно услышать, часто мы говорим, что вот тогда-то в XVIII веке, вот тогда-то было надёжно, вот тогда-то строили дай Бог! А оказывается, что большая часть проблем, которые мы сейчас имеем, они заложены ещё тогда. Потому что тогда технология не соблюдалась, да?!

Р. М.:Конечно, вот мы всё время набираем опыт, всё время длится строительство, как любая техника и наука развиваются с учётом предыдущего опыта, а опыт набирается, в том числе из ошибок. Многие здания, которые ну, скажем, были сделаны с ошибками –они просто не дожили до наших времён. До наших времён дожили надёжные здания с надёжными фундаментами. И всё равно, даже эти здания получили осадку. Вот осадка Исаакиевского собора. Вот знаете ли вы, что под Исаакиевским собором сделано 24 (это вот, кстати, реальные рисунки Монферрана) 24 тысячи свай, этих сосновых и лиственных свай. И всё равно здание получило осадку свыше метра. А почему? А потому, что смотрите (показывает на рисунке), вот под самим собором находится гранитная плита, толщиною порядка 7-ми метров, а под ней забиты 8-ми – 10-ти метровые сваи. А ниже до прочных грунтов, порядка 48 метров. И вот эта толща продолжает оседать, продолжает, как я называю, фильтрационная консолидация,и здание в течение по сути 150-ти лет по данным нашей кафедры (мы в свое время вели наблюдение за этим зданием) дала осадку порядкаметра.

Р.Р..: Какие объекты находятся в наиболее тяжёлом состоянии? Вы могли бы назвать какие-то конкретные адреса, или, хотя бы, очертить районы?

Р. М.:Я вам очерчу вот прежде всего территорию (Показывает на карте).Вот то, что мы видим красным – это большая толща наморенная слабых грунтов до 20-ти – 30-ти метров. Жёлтым – это 12 – 20 метров, а голубым, это районы в том числе приморские районы…

Р.Р.: Центральный, Адмиралтейский, Приморский…

Р. М.:Совершенно верно. Василеостровский, Петроградский районы – это старые районы города. Наш город находится, как бы в котловине слабых грунтов, а ниже залегают хорошие, так называемые, моренные отложения, а ниже их залегают вот эти коренные грунты, так называемые, протерозойские глины. В данном случае, у нас кембрийские глины. Вот метро наше сделано в слое кембрийских глин.

Р.Р.: Я правильно понимаю, что вот эти районы, о которых мы сказали, это такая вот зона нестабильности, любое строительство в которых может привести к деформации фундаментов, к трещинам в зданиях, и т. д.

Р. М.:Любое дополнительное воздействие, будь то: надстройка мансарды, даже будь то просто реконструкция: замена деревянных перекрытий на  бетонные перекрытия - это небольшое увеличение нагрузки. Небольшое увеличение нагрузки в этой зоне приводит к достаточно большому увеличению осадки. Поэтому, любое воздействие – оно опасно для зданий.

Р.Р.: Стоит ли из этого сделать вывод, что в этих районах нужно вообще запретить любое строительство?

Р. М.:Стоит ли говорить о том, чтобы запретить, по поводу запретить. Город должен развиваться и город должен и реконструироваться, другое дело, что методы, которые мы используем при строительстве  в центральной части должны отличаться от нового строительства.

Р.Р.: Я правильно понимаю, что само применение этих щадящих технологий существенно увеличит стоимость проектов?Я хочу понять насколько.

Р. М.:Это значительно удорожает проект. И к этому инвестор должен быть готов, ноон должен и понимать, чториск потерять исторические здания, а ведь у нас, в центральной части города многие здания являются, находятся под охраной государства. И КГИОП за этим следит. Риск потерять – это будет ещё дороже.

Р.Р.: Вот вы общались с авторами «Стокмана». «Стокман» сэкономил. Я хочу понять насколько он сэкономил? Какое количество денег они для себя сэкономили на этом?

Р. М.:Вы знаете, я не могу сказать по цифрам, но вот, скажем, при устройстве фундаментов под зданием «Стокмана» был использован шпунт. Был использован достаточно дорогой, это причём, мы такой профиль в России не производим. Был использован специальный шпунт, привезённый из за рубежа – люксембургский шпунт «Арселор». По-моему, глубина там была 21 метр, но всё равно жёсткости его не хватило. Другое дело, что проектировщик подземной части предусмотрел, заранее предусмотрел усиление фундаментов существующих зданий, и эти здания получили минимальные деформации. А для тех зданий, где владельцы отказались делать усиление, это вот Восстания 4, вот то здание серьёзно пострадало.

Р.Р.: Я вот процитирую одно ваше интервью. Вы говорите: «в Петербурге применяются все существующие в мире технологии щадящего строительства. Однако, если всё делать как положено, не экономить, то строительство будет очень дорогим». Ну что «строительство будет дорогим» - мы разобрались, а вот часто ли инвесторы экономят? Хотят ли они применять эти щадящие технологии?  Потому что, я так понимаю, что не очень хотят они это делать, правда?

Р. М.: К сожалению, это тенденция. Потому что очень часто люди, которые берутся…вот очень хорошая идея: сделать 3-х – 4-х-этажные подземные паркинги. Все это очень красиво смотрится на бумаге. Но, чтобы воплотить эту идею, надо прежде всего позаботиться о том, чтобы не нарушить здания соседней застройки. Вот это главная задача. А для этого требуется провести очень большие предварительные работы, которые тоже требуют определённых, как вы понимаете, затрат и по времени, и по финансовым возможностям.

Р.Р.: Кстати, о подземных парковках. Скажите, вот вообще, подземное строительство в Санкт-Петербурге возможно? Подземные парковки нужны Санкт-Петербургу. Были проекты подземных трасс, были проекты подземного строительства на площади Восстания, например, развязки, или торгового центра. Возможно ли это? И нужно ли это в наших условиях?

Р. М.: Наверное, надо посчитать, как говорится, экономичность. Зачем нужно лезть в центральную часть города, ведь у нас огромное количество локон, даже вот скажем тот же, у Балтийского вокзала. Посмотрите, огромные зоны, которые заполнены складами, мелкими предприятиями, где можно было бы делать подземное строительство. Ну зачем сейчас лезть в историческую застройку и надолго выводить, скажем, вот такие зоны, как площадь Московского вокзала. Ведь я знаю, есть идеи сделать…

Р.Р.: Это про проект подземного строительства на площади Восстания?

Р. М.:Да, на площади Восстания…Можно там сделать? Можно, но помнить, что это бывшее Лиговское болото, из которого вытекал бывший  Лиговский канал, который в свое время являлся дреной, как бы осушал эту территорию. Когда мы делали, когда выполнялся котлован под высокоскоростную магистраль, здание Московского вокзала, стены получили дополнительную осадку. И в конце 90-х годов мы усиливали эти стены, а расстояние достаточно большое было. Ну, можно там сделать?Наверное, можно. Готовы жители потерпеть 3 – 4 года: иметь вот в центре такое совершенно…пробку: не проехать будет не по Невскому к Старо-Невскому, не по Лиговскому проспекту ради того, чтобы получить там новые бутики, новые магазины.

Р.Р.: И с непредсказуемым еще результатом…

Р. М.:Я об этом еще не говорю, что это вполне… что это большая опасность для зданий окружающей настройки, которые необходимо обязательно будет усиливать до начала строительства.

Р.Р.: Часто приходится услышать отПетербуржцев, просто от знакомых моих: что доверия современным зданиям нет. Мы говорили сегодня о зданиях  XVIIIвека, они строились, как мы выяснили, с конструктивными нарушениями. Современные здания – часто говорят: через 15 лет все это упадет. Насколько правы люди? Упадет? Нам надо бояться?

Р. М.:Я бы не стал так категорически говорить.  Ну у нас в городе действуют несколько, порядка 10 тыс. строительных компаний. Все компании, конечно, совершенно разные. Есть очень серьезные компании, которые очень ответственно относятся к строительным работам, используют новейшие технологии. Но в то же время появилосьбольшое количество фирм, которые больше всего заинтересованные, чтобы как можно быстрее получить прибыль, не очень заботятся о качестве – есть и такие. Поэтому тенденции о том, что все развалится, конечно нет. У нас достаточно хорошо отлажена система прохождения проектов, экспертиза проектов, система строительного надзора и есть специальные службы, которые следят за качеством работ, запроизводством работ. Я бы не стал об этом говорить, но в каждом случае, когда ведется такое огромное строительство всегда есть какие-то исключения.

Р.Р.: А как заставить инвесторов применять щадящие технологии? Может в законах чтот-то поменять? Потому что вы говорите, что законодательное пространство представляет собой…там достаточно много белых пятен. Что сделать нужно, чтоб они все-таки начинали работать как следует?

Р. М.:Вы знаете, вот сейчас мы постарались возродить комиссию фундамента-строения при Правительстве Санкт-Петербурга. Идея этой комиссии, ее возглавляет вице-губернатор Роман Евгеньевич Филимонов. Я являюсь членом этой комиссии.И идея этой комиссии была в том, чтобы рассматривать вот такие наиболее сложные проекты с уже непосредственным коллегиальным органом, с привлечением профессионалов, с тем, чтобы посмотрев на этот проект сказать: вот, опасность того-то, того-то, того-то. Желательно использовать такие, такие, такие методы.

Р.Р.: Это до начала строительства?

Р. М.:До начала строительства. Мне казалось бы, вот такой путь мог бы быть…, мог бы обезопасить нас от дальнейших неприятностей.

Р.Р.: Я правильно понимаю, что даже если мы говорим о щадящих технологиях строительства, то технологии, которые давали бы 100% гарантию безопасности для соседних зданий нет.

Р. М.:Вы совершенно правы, потому что вот корреспонденты любят сравнивать мое сравнение, хоть мои коллеги и критикуют меня за это, за то что я сравниваю наши грунты со студнем. Вот когда студень застыл – вот он вроде в таком состоянии – мы можем поставить стакан с водой и он будет держаться. А вот поставьте его на вибростолик, либо ложкой перемешайте – и это, по сути дела, просто белая густая жидкость. С такими грунтами мы имеем дело. Поэтому, любое влияние: отрываете вы котлован, забиваете вы сваю- это оказывает воздействие уже на это грунтовое основание, возникают волны – и мы это отмечаем, что здание получает переменные поднятия и опускания, иногда даже уже закончилось строительство. Так что вот в наших грунтах, к сожалению, в отличие от туго пластичных грунтов, скажем, Москвы, Новгорода, Пскова – у нас такого не может  быть. Мы должны быть готовы, что у нас все-равно будет деформация. Если вМоскве 5 миллиметров – для них это большая проблема, а у нас и 50 миллиметров – для нас это обычное явление.

Р.Р.: Понятно. Как-нибудь ситуацию вокруг дома на Невском 68прокомментируйте, пожалуйста, что там получится в итоге по-вашему? Как все это для вас, как для специалиста выглядит?

Р. М.:Наверное, смысла сохранениявот этой стены я особого не вижу. Все если будет здание восстановлено, а инвестор, насколько я знаю, утверждает, что здание будет восстановлено в первоначальном виде. Можно, скажем, сохранить какие-то отдельные включение существующих кирпичей в старую кладку, как бы сохранив вот такой дух старого здания. Но смысла, наверное, какого-то сохранение единственной стены, наверное, особого какого-то нет.

Р.Р.: То есть, если сохранение здания целиком…

Р. М.:Да. А опасность обрушения этой стены очень и очень велика. Вот с этим надосчитаться, прежде всего, когда будет вестись строительство.

Р.Р.: Ясно, спасибо. 

 

Теги:
Категории: Новости России

Оставить комментарий

Загрузка...