5 апреля, 18:00
0
18958

"Место встречи - Невский, 70". Встреча с Анжеликой Гурской

 

5 апреля в Доме журналиста состоится очередное мероприятие в рамках проекта "Место встречи - Невский, 70". Гостем Домжура на этот раз станет директор филиала "Российской газеты" в СЗФО Анжелика Гурская. Канал Piter.TV по традиции покажет вечер в прямом эфире.

От Балтики до Арктики - это не только территория, на которой читают  выпуски Северо-Западного филиала "Российской газеты", но и название автоэкспедиции, в которой приняла участие директор филиала "Российской газеты"  Анжелика Гурская. Экспедицию "Российская газета" организовала вместе с коллегами из информационного агентства БНК.

О том, что было самым интересным и трудным в этой экспедиции, а так же о том, чем  живут и зачем отправляются в экспедиции  журналисты из государственных СМИ речь пойдет на очередной встрече нашего журналистского клуба "МЕСТО ВСТРЕЧИ - НЕВСКИЙ, 70. Старые и новые СМИ Петербурга".

Союз журналистов Санкт-Петербурга
 

 

Иванова: Анжелика, когда мы обсуждали нашу встречу сегодня, такое классное название придумали, но оно такой двойственный имеет смысл. Можно говорить о «Российской газете», которая выходит в северо-западном регионе, от Балтики до Арктики, а можно сразу говорить о вашей экспедиции, которую недавно вы предприняли, и которая тоже была от Балтики до Арктики. С чего начнем? С газеты или с экспедиции?

Гурская: Я думаю, что с экспедиции скорее. Потому что она и дала название нашей встрече.

Иванова: Тогда все равно для начала хотя бы маленькую короткую справку. Что такое сегодня северо-западный филиал «Российской газеты»?

Гурская: Сегодня северо-западный филиал – это четыре корпункта, с головным корпунктом в Петербурге, это филиалы в Калининграде, Мурманске, Архангельске, собкоры в 11 регионах Северо-Запада. Это больше 40 сотрудников. Это тираж «Российской газеты. Неделя» – полмиллиона, т.е. в общем это такой серьезный медиа холдинг с интернет-сайтом, со своими вкладками в федеральном ежедневном выпуске «Российской газеты». И самое главное, что это окупаемое подразделение.

Иванова: Вот я так шла просто на встречу с коллегой. Поговорить о хорошей государственной газете, которая выходит на Северо-Западе. Вот после всего произнесенного, я просто не знаю, как себя вести. Я сижу с руководителем серьезного холдинга за одним столом (смеется). Ты себя ощущаешь руководителем большого холдинга?

Гурская: А как же! (смеется). Конечно. Конечно, ощущаю. Если не ощущать себя руководителем, то в кресле директора делать нечего. Это мое твердое убеждение… Поэтому… Некоторые директорами рождаются, некоторые становятся…

Иванова: А ты?

Гурская: Нет, я директором была еще в 9 лет. Когда организовала свой первый дворовый концерт художественной самодеятельности для соседей. Мы нарисовали билеты, собрали со всех по 5 копеек, я пела какие-то чудовищные песни, кто-то танцевал, кто-то показывал этюды с мячом. В общем был такой дворовый цирк «Дю Солей», но тем не менее, мы собрали достаточно, чтобы купить 400 грамм конфет «Кис-кис» и распределить их на весь двор. Так что, в общем, наверное, я считаю, что директорами рождаются скорее, чем становятся. Хотя бывает по-всякому…

Иванова: Я должна согласиться… Много встреч было в нашем клубе. Ну, сегодня билеты, конечно, мы не изготовляли, по 5 копеек…

Гурская: (смеясь) Это зря, это упущение…

Иванова: (смеясь) … не продавали… Но тем не менее, первый раз я сижу за этим столиком с конспектами, которые мне приготовил директор «Российской газеты» и чувствую, что встреча серьезная, нельзя пренебрегать приготовленными материалами. Кроме того, если мы собрались говорить об этой экспедиции, Анжелика, не концерт устроила, но точно видеоматериалы подготовила. У нас есть три ролика, поскольку все-таки мы договорились, что сначала об экспедиции, а потом - о жизни газеты, я предлагаю прям сразу вам погрузиться в атмосферу и посмотреть небольшой ролик «От Балтики до Арктики». Там будет у нас Нарьян-Мар.

Ролик 1

Иванова: Как родилась идея этой экспедиции - отправиться на машинах от Балтики до Арктики? Заодно, наверное, во всех своих корпунктах побывали… Побывали?

Гурская: Нет, в корпунктах я не побывала. Наш маршрут обошел их стороной. А идея родилась здесь, в Домжуре, мы встретились с генеральным директором и главным редактором информационного агентства БНК - это крупнейший информационный портал республики Коми, и он вдруг неожиданно предложил эту идею - проехать автоэкспедицией, журналистской автоэкспедицией, от Санкт-Петербурга до Нарьян-Мара по 6 субъектам Северо-Запада. Идея показалась мне вполне себе реализуемой. Секунд 40, наверное, я размышляла и сказала: «Да». Он потом меня еще 10 минут уговаривал, не веря тому, что я так быстро согласилась. Но действительно идея была настолько заманчивая, что думать тут было не о чем…

Иванова: Кто был в составе? Журналисты…

Гурская: Журналисты, наши партнеры-издатели, это Коми - республиканская типография, были наши коммерческие партнеры, компания «Алекс Моторс», которая предоставила нам автомобили. Мы путешествовали с комфортом, на удобных внедорожниках, которые успешно прошли все испытания… У нас была отличная веселая компания, я думаю, из ролика это очень хорошо видно.

Иванова: Сколько человек?

Гурская: 15 человек ехало от Петербурга до Сыктывкара. Потом к нам присоединилась еще одна машина. То есть мы вот такой большой экспедицией… Хотело присоединиться еще больше, на самом деле, можно было устраивать конкурс и продавать входные билеты в эту экспедицию. Потому что очень много желающих было поехать. Вот тут сидит Вера Черенева, которая вместе со мной преодолела эти 6 тысяч километров. Кстати, на спидометре у Антона Мельникова, это гонщик Дакара, который был за рулем головной машины нашей экспедиции, так вот на его спидометре, когда он вернулся в Москву значилась цифра 6 272 километра.

Иванова: В чем непосредственно твое участие заключалась, твоя роль в этой экспедиции? Настроение создавать, в роликах сниматься, общаться с администрацией, представляя «Российскую газету»? Вот что ты там делала?

Гурская: Ну, во-первых, я там была, как говорят, в анекдоте: «Не только как женщина, но и как термометр». Не только как руководитель, но и как журналист там была, как редактор. Вера писала тексты, я их редактировала, Алексей Васильев – здесь сидит – он их выставлял. То есть у нас такая была большая редакция, которая работала не только в рамках этой экспедиции, но и за ее пределами. Нам помогали наши коллеги в Москве, которые организовали целый сюжет в «Российской газете», с динамическим баннером, то есть постарались на славу. У нас вышло более 20 публикаций за 10 дней путешествия, и публикации продолжают выходить. Вот буквально только что, мне сообщили, что вышел сегодня из печати очередной номер журнала «Родина». Это исторический, общественно…, точнее научно-популярный исторический журнал, который выходит в холдинге «Российской газеты». Так вот в апрельском выпуске 4 полосы посвящены нашей экспедиции. Там мы рассказываем о малых музеях, потому что самая главная задача нашей экспедиции, все-таки была не проехать, не пробежать эти 6 тысяч километров, а рассказать о том, что мы там увидели.

Иванова: Давайте, раз так Анжелика хорошо рассказывает, как путешествовали, давайте доберемся до следующего пункта, у нас есть еще один ролик, и мы сейчас узнаем, где мы окажемся. Покажите, пожалуйста, следующий ролик.

Ролик 2

Иванова: Ну вот им там осталось еще 30 километров…

Гурская: 300…

Иванова: Триста километров. Почему ты категорически против, когда ваше экспедицию называют автопробегом? Потому что автопробегом - всегда «по бездорожью и разгильдяйству»?

Гурская: Да не только поэтому. Дело в том, что у нас была настоящая автоэкспедиция с определенной миссией, наша задача была не переместиться из точки А в точку Б, а сделать что-то важное, что-то нужное, рассказать о людях Севера. Это особые люди, там особая жизнь, вот с нас снобизм слетал как с белых яблонь дым…

Иванова: А вот расскажи…

Гурская: Вы знаете, когда ко мне как к руководителю приходит журналист и заявляет тему. Ну, например, «На зимнике Печора – Нарьян-Мар сдали три километра дороги». Вот... ну, положа руку на сердце, ну что такое 3 километра? Какая-то Печора, какой-то Нарьян-Мар, фу, унесите назад эту заявку. А теперь, когда я проехала вот этим маршрутом, я теперь точно знаю, что эти 3 километра кому-то жизнь спасут. Это действительно очень важно. Мы здесь в столицах сидим и не знаем, что делается под нашим носом. Эта экспедиция должна была показать и нам, и столичным… и в одной столице, и в другой столице. Потому что за нашим путешествием наблюдали вплоть до Дальнего Востока люди, в Америке, в Австрии, в Германии, в Киргизии за нами следили. У нас очень масштабная была аудитория. То есть охват аудитории в интернете превысил 1 млн 200 тысяч человек. Только на страничку «От Балтики до Арктики» во ВКонтакте, которую мы создали, зашло 260 тысяч уникальных посетителей. Я считаю, что это серьезный наш маркетинговый успех, и кроме всего прочего мы многое сделали для того, чтобы узнали о нас, о газете, о наших СМИ, которые мы везли людям.

Иванова: А вот в этом регионе «Российская газета» – она по подписке распространяется или люди покупают ее?

Гурская: И по подписке, и в розницу, и нас читают в интернете. Вот в феврале, возможно, эти сведения устарели, и уже значительно больше эта цифра. В феврале, по-моему, было 19 млн уникальных посетителей сайта «Российской газеты» в месяц. Более 60 млн посещений. То есть аудитория мощнейшая, но мы очень часто пренебрегаем новостями из провинции. У нас сейчас что самое главное? Усы Грудинина и еще вот эта вот… криптовалюта, значит, Бузовой, да? Вот это последние новости… То, что интересует…

Иванова: Я уже отстала…

Гурская: Вот, уже отстаешь от жизни…

Иванова: Я про такую криптовалюту первый раз от тебя слышу.

Гурская: Вот, да, надо следить за жизнью в Телеграме… И мы совершенно не знаем о том, чем живут люди в малых городах, в поселках. Мы проехали 18… мы сделали 18 остановок, 6 регионов проехали. Причем проехали в тех местах, где нога журналиста федерального издания не ступала вообще никогда…

Иванова: Мы только что видели, да.

Гурская: Они в первый раз увидели живого журналиста в некоторых местах. Но при этом люди там живут, у них совершенно замечательная жизнь, наполненная событиями, которые достойны внимания. Например, мы были… Вот сейчас мы Усинск смотрели, а под Усинском есть небольшое село Усть-Уса, там обычный школьный музей, бывший завуч этой школы организовал музей, в котором собрал артефакты, достойные областного краеведческого музея, совершенно потрясающая коллекция. Я смотрела и самим им говорила: «Вы хоть понимаете, какие сокровища у вас здесь лежат?», Ну, например, там были деревянные коми-календари. Это вот то, что я увидела впервые, такой вот несколько граней календарь, на нем зарубки, то есть по этому календарю даже неграмотные люди могли узнавать дни недели. Совершенно уникальная вещь.

Иванова: Понятно.

Гурская: То есть вот таких вот открытий, находок – множество. У нас была миссия – исследовательская, просветительская, вот поэтому автоэкспедиция, а не автопробег.

Иванова: Понятно. Тем не менее простым это путешествие не назовешь, даже по тем двум кадрам, что мы видели, по двум коротким роликам точнее. Минус 30, какие-то вездеходы, большой километраж… Что было самым трудным, а, может быть, опасным?

Гурская: Наверно, страшновато было пару раз, если честно. Например, когда по рации МЧС сообщает о том, что сейчас вам нужно отстегнуть привязные ремни, положить руку на ручку двери и быть готовыми десантироваться в любой момент. Мы идем по зимнику. Объясняю, что такое зимник. Зимник – это такая дорога, которая существует только зимой. Летом и весной ее просто нет. То есть это лед, если это ледяная переправа, то под нами еще толща воды. «Вот здесь у нас три недели назад ушла под воду Тойота…». Мягко скажем, те еще ощущения. Поэтому страшновато бывало, жутковато бывало. На перегонах от Усинска до Печоры, когда ты понимаешь, что на дороге невозможно развернуться назад. То есть, если ты там застрял, то это может быть навсегда. Вот если у тебя не хватит бензина, если у тебя нет рации, а мобильная связь там не ловит… Крайний Север – это крайне опасная штука.

Иванова: Давай мы проиллюстрируем. Есть еще один ролик, который просто прекрасно иллюстрирует слова Анжелики. Дайте нам, пожалуйста, третий ролик, который мы подготовили.

Ролик 3

Иванова: Где сняты эти кадры, Анжелика?

Гурская: Это снято на перегоне, на зимнике Нарьян-Мар – Печора. В это время мы с Верой уже летели в теплом самолете в Петербург, а машинам нужно было из Нарьян-Мара вернуться в Сыктывкар. Когда мы взлетали, уже началась метель, мы и в самолете себя не очень уютно чувствовали. Но поняли, что наши все чувства – это просто детский сад на травке, по сравнению с тем, что в этот момент переживали наши коллеги, которые 10 часов шли отрезок в 170 километров. Там застревали машины, их вытягивали. Потому что, если ты чуть-чуть цапнешь колесом обочину, колесо увязает в снежной каше, вытащить машину невозможно. То есть это действительно очень опасное место, неподготовленным людям туда соваться я бы не рекомендовала.

Иванова: Теперь вопрос, который я думаю волнует многих журналистов и, может быть, кого-то в этом зале. Вот вы организовали эту экспедицию, вы - государственная газета, вас государство финансированием поддержало или это был полностью коммерческий проект? Я вот опять возвращаюсь к началу передачи, вспоминаю билетики, которые Анжелика делала на концерт… И ты, образно говоря, и тут «делала билетики»?

Гурская: Это был абсолютно … это был проект, который не потребовал от нашей газеты ни копейки денег, за исключением командировочных расходов на 2 человек. Это все, за что заплатила родная газета. За все остальное платили наши коммерческие партнеры, перед которыми мы свои обязательства в полной мере выполнили. Это были серьезные расходы, это были действительно серьезные расходы… Только бензином обеспечить 4-5 машин на 6 тысяч километров - это в общем не маленькие деньги, плюс у нас еще была экипировка…

Иванова: Да. Какие-то шапочки, шарфики.

Гурская: Да, вплоть до валенок. Выльгортская сапоговаляльная фабрика сделала нам такой теплый подарок, нас всех обеспечивали валенками, у нас были теплые носки и варежки, у нас были теплые куртки, которые нам пошила Сосновоборская швейная фабрика, у нас были рации, у нас были, во-первых, комфортные машины со всем необходимым оборудованием.

Иванова: Кто занимался поиском всех этих спонсоров, этими договоренностями, коммерческой стороной?

Гурская: Мы и занимались, мы и наши партнеры из информационного агентства БНК.

Иванова: А, кстати, как ваше партнерство возникло, обычно же средства массовой информации на одной территории все-таки скорее конкурируют, чем поддерживают друг друга.

Гурская: Вот. Вот эта история самая интересная. Мы в последнее время забыли, что такое цеховая солидарность. Вспоминаем о ней только в горестные минуты, когда нужно объявить бойкот Государственной Думе. А вот ради какого-нибудь толкового дела объединяться, мы больше не умеем, к сожалению. И вот этот проект, он очень важен для меня лично тем, что он показал, что можно – можно! - объединиться большому брату с малым, с тем, чтобы малый брат…

Иванова: Это БНК ты имеешь в виду?

Гурская: БНК – конечно. Это региональное…

Иванова: А как расшифровывается?

Гурская: Оно так и расшифровывается, просто БНК.

Иванова: Вот просто?

Гурская: Это раньше были Бизнес-Новости Коми, но просто уже давно не Бизнес-Новости Коми, но осталась красивая аббревиатура и яркий логотип. Вот. Это вполне успешный информационный портал, но тем не менее - портал одного региона, и понятно, что мы в их глазах все-таки более мощный, более серьезный и взрослый партнер. Но получилось, как раз, выстроить вот эти равные товарищеские отношения, никто не тянул одеяло на себя. И это вот пример, удивительный пример, коллаборации журналистской. Я думаю… Я такого примера больше не знаю, чтобы вот так два средства массовой информации объединились ради некоммерческого партнерства, ради идеи.

Иванова: Понятно. Идея благородная, задача была поставлена и решена достойная, я все-таки хочу вернуться опять к газете, и все-таки закончить эту коммерческую тему. Это миф или нет, что государственные СМИ живут намного лучше? Что вам не нужно заниматься поисками рекламы? Что вы как средство массовой информации, которое проводит определенную политику, ну, государства, понятно, всегда будете обеспечены?

Гурская: Сейчас бы моя рекламная служба громко посмеялась… Вот там сидит на заднем плане и весело хохочет сейчас. Потому что более жесткой мотивационной структуры, чем у меня, я не знаю, есть ли, например, в «Новой газете» или, там, где-нибудь там в «Медузе» какой-нибудь… Я сомневаюсь…

Иванова: То есть вы зарабатываете деньги?

Гурская: Мало того, что зарабатываем, мы себя окупаем… Это уже давно, и не представляю, тех средств массовой информации, что живут на радуге, и продолжают надеяться на государство, маму-папу, учредителя. Я считаю, что это совершенно такая приспособленческая позиция и гнать надо в шею таких руководителей…

Иванова: «Российская газета» в Петербурге появилась в 2001 году, северо-западный филиал в 2008-м, ты его возглавила в 2009-м. Вот всегда такая ситуация или вы к ней шли постепенно?

Гурская: В смысле?

Иванова: Финансово… такая вот?

Гурская: Нет, не всегда. Не всегда была. У нас в «Российской газете» 15 филиалов, недавно, уже 2 года назад, мы приросли филиалом в Крыму. 15 филиалов на территории от Калининграда до Дальнего Востока. Это филиалы разные. Есть филиалы, вот, как у нас, большие, крупные, 11 в них субъектов Федерации. Есть моно-филиалы, например, Пермский филиал - всего лишь один регион. То есть мы разные, как и субъекты Федерации в России тоже разные, по весу, по численности и так далее. И коммерческая успешность тоже у всех разная, не берусь тут говорить…

Иванова: Нет, тут в Петербурге, вот ваш северо-западный филиал?

Гурская: Тоже было по-разному, разные были руководители, с разными подходами. Не хочу говорить о том, что было раньше, а сейчас все нормально.

Иванова: Хорошо. Сейчас я передам микрофон залу, думайте над своими вопросами. Но прежде хочу задать еще один вопрос, который мне кажется важным в ходе нашей беседы. Вот поговорили про коммерческую успешность, все-таки понятно, что хоть вы и государственная газета, вы сами себе зарабатываете. Скажи пожалуйста, а вот издания, которые сами себе зарабатывают, они в общем-то достаточно самостоятельны в выражении своей позиции. Как вот здесь? С одной стороны, вы зарабатываете, вроде как самостоятельные, с другой стороны, вы государственные, вроде как обязаны. Вот когда, например, как ты говорила, есть решение бойкотировать что-то в государственной Думе и СМИ вроде как объединяются, и еще какие-то решения. СМИ вроде как объединяются, как вы свою позицию определяете, как ее занимаете? Вы обязаны или имеете право?

Гурская: Есть вещи, которые мы обязаны делать, потому что у нас есть обязательства перед нашими партнерами, в том числе и в рамках государственных контрактов, которые мы исполняем. Мы, к сожалению, не можем быть грантополучателями в своей стране, таковы российские законы, нас учредило правительство Российской Федерации, не имеем права получать государственные гранты. Тем не менее, у нас есть ряд партнерских договоренностей, которые мы выполняем, все они прописаны на бумаге, выложены в интернете, за этим легко проследить. А по поводу того, чего мы можем или не можем, то цензуру у нас давно отменили. И…

Иванова: Ну, например, митинг на Марсовом поле. У нас есть разные места проведения митингов в городе Санкт-Петербурге, вот Марсово поле – понятно, какие митинги проходят. Вы можете осветить на своих страницах?

Гурская: Вы знаете, будете смеяться. Вот у нас было в день памяти по Кемерово, у нас было два митинга…

Иванова: Да.

Гурская: Один – на Дворцовой, другой – на Марсовом поле…

Иванова: Я вот про это и говорю…

Гурская: Так вот «Российская газета» написала про оба…

Иванова: Понятно. Давайте вопросы из зала. Пожалуйста, у нас есть микрофонный оператор Соня, она даст вам микрофон, главное отдать ей его потом обратно.

Фомичева (председатель Союза журналистов СПб и ЛО): Вы сказали, немножко так дернулись мы все, что вы осуждаете те редакции, которые говорят, что невозможно заработать деньги, и сами себя не окупают. Но, на самом деле, вы говорите, что сами зарабатываете на себя, сами. На самом деле, вы же получаете бюджетные деньги?

Гурская: Конечно.

Фомичева: Это ваш как бы фундамент. Это ваша основа, и вы уже можете, чтобы лучше жить, чтобы еще как-то, вы зарабатываете рекламой деньги на остальное. Поэтому, можете ли вы мне ответить, какой процент ваших расходов занимает бюджетное финансирование? Я имею ввиду не абсолютные цифры, а в процентном отношении - сколько у вас бюджетных денег, и сколько вы зарабатываете на свою жизнь?

Иванова: Людмила Дмитриевна, спасибо, очень хороший вопрос. Особенно важно, что от председателя Союза журналистов.

Гурская: Порядка 30% наших затрат, да… Нет, наших доходов, это доходы от тех денег, что нам перечисляет наш учредитель. Но мы же развиваемся, мы вкладываем деньги в свое развитие, в техническое совершенствование, поэтому деньги никогда лишними не бывают, особенно, если их с умом пускать в дело.

Фомичева: (не слышно)

Иванова: Без микрофона мы вас не слышим.

Фомичева: Кто установил? Почему, скажем, не 50%, не 70%. Это кто, это московские?..

Гурская: Это вопрос не по зарплате….

Фомичева: Не по зарплате, я имею ввиду, по расходам.

Гурская: Нет, нет, не по моей зарплате вопрос…

Иванова: Анжелика, пытается сказать, что это не совсем уровень ее компетенции…

Гурская: Да, но когда-то нам платили 100%, потом начали платить 80, сейчас дело дошло до 30. Я думаю, придет время, когда нам скажут: «Ребята, а теперь плывите сами». И к этому моменту мы все должны быть готовы. Я считаю, что где-то как-то мы готовы. Есть еще тот балласт, который мы можем сбросить, есть еще резервы, от которых мы можем отказаться, есть еще вещи, в которых мы можем сделать качественный рывок, поэтому, в принципе, я думаю, что мы выплывем.

Иванова: Понятно. Сколько сотрудников сегодня в штате редакции?

Гурская: Северо-западного филиала? Около 40 человек.

Иванова: Около 40 человек. Еще в зале есть вопросы? Коллеги, жду вашей активности. У вас есть вопрос – только представьтесь, пожалуйста.

Вопрос из зала: Корреспондент газеты «Литературный Петербург» Эдуард Слепак. Я бы хотел узнать о каких-то гвоздевых, нашумевших материалах в «Российской газете» о Петербурге, чтобы можно было посмотреть подшивочку в библиотеке. Спасибо.

Иванова: Спасибо. Вот видите, как хорошо, наш разговор возбуждает интерес к вашим публикациям.

Гурская: Ну вот буквально во вторник, да? Сегодня что, четверг? В среду вышла полоса «Санкт-Петербург», и как раз-таки на этой полосе мы обратились к проблеме, которая волнует многих в Петербурге. Мы рассказывали о том, как жители обычного дома на улице Гороховой борются с подпольным баром, который не могут закрыть власти, с которым не может сделать ничего милиция. Жители остались один на один с этой проблемой. Вот журналист «Российской газеты» пытается понять, как так произошло, и что с этим делать. На самом деле, по многим нашим публикациям возбуждали уголовные дела, выносили представления, сейчас по публикации о муниципальных контрактах, направленных на профилактику наркомании - бездарных, бесполезных, бессмысленных контрактов, - вот на эту тему, проведено, по-моему, Вера, поправь меня, 10 доследственных проверок, было организовано, 10 муниципалитетов проверили по нашей публикации. Что там еще организовано? Прокуратура…

Иванова: Можно Вере передать микрофон, Вера поможет Анжелике.

Гурская: Да, и Вера расскажет.

Иванова: Скажите, Вера в газете чем занимается?

Гурская: Вера – наш корреспондент.

Иванова: Прекрасно. Рассказывайте, Вера, только микрофон возьмите.

Гурская: Вот про эту историю с муниципалитетами.

Вера: Дело в том, что осенью прошлого года мы обратились к проблеме профилактики наркомании в школах. Этим занимаются муниципалитеты, выделяются достаточно серьезные деньги. В прошлом году выделялось порядка 14 миллионов, в этом году 12. И эти деньги расходуются на такие совершенно глупые мероприятия, когда детей собирают со всех классов, закрывают в зале, какие-то люди, совершенно не имеющие отношения ни к психологии, ни к наркологии, рассказывают им, что наркотики – это плохо. И такое мероприятие может стоить миллион. Мы изучили эти все мероприятия. Я подняла сайты всех 111 петербургских муниципалитетов. Не везде опубликованы бюджеты. В прошлом году не было 15 бюджетов опубликовано, в этом, я буквально, во вторник вышел материал, уже не опубликовано, где-то 27 неопубликованных бюджетов. Вот. Те бюджеты… те муниципалитеты, которые опубликовали свои бюджеты, они указывают очень странные мероприятия, они повторяются из года в год, повторяются даже грамматические ошибки... да.

Гурская: Да, то есть мы подумали, не отмыв ли это денег, элементарный.

Вера: Позвольте, я закончу. Вышел материал, и вот вчера мне звонили из прокуратуры, что этот второй материал по тому, как проводится профилактика в этом году, также взят на контроль, также будут изучать и возможно, что что-то будет.

Иванова: Во-первых, фамилию корреспондента, пожалуйста.

Вера: Черенева Вера.

Иванова: Вера, сколько времени у вас ушло на эту работу?

Вера: Так, ну где-то недели полторы…

Иванова: А, это вы очень быстро работаете…

Вера: Это не полностью, естественно. То есть в начале я проверяла все сайты, потом анализировала бюджеты, сопоставляла цифры с ведомственными программами и, допустим, где-то они не совпадали. Например, в МО «Владимирский», там в бюджете почему-то заложено 250 тысяч, а госконтракт объявлен на 850.

Иванова: Спасибо. Отдайте, пожалуйста, микрофон Софье. У меня вопрос. Это Верина была инициатива, такой материал?

Гурская: Да, да.

Иванова: И часто у вас корреспонденты…

Гурская: Очень часто. Вы себе не представляете, насколько часто. Вот у нас недавно на Урале отмечали 15 лет местному филиалу «Российской газеты», и коллеги сделали выставку, на которой представили публикации, после которых изменились судьбы у людей. С людей снимали судимости, после которых были возбуждены уголовные дела на нерадивых чиновников, после которых меняли законодательство региональное. То есть, если вы думаете, что… Не вы, если кто-то думает, что государственные газеты живут на радуге и в отрыве от реальной жизни реальных людей, это совсем не так, я вас уверю.

Иванова: Кстати, ну, раз такой разговор, что значит для директора Северо-Западного филиала возглавлять государственную газету? Что для вас государственная газета? Вот самое простое – это понятно, финансирует государство и государство учредило. Но, мне кажется, Анжелика, вы еще какой-то другой смысл в это вкладываете, или мне это кажется?

Гурская: Как я люблю говорить: «У нас театр академический, импровизации мы не очень любим», в нашей государственной газете. На самом деле это понятно, что это такие шутки-шутки. На самом деле, работать в государственной газете может не каждый журналист. Очень многие приходили к нам и понимали, что это не их, не их позиция, не их жизнь, людям не интересно заниматься теми проблемами, которые, как мне кажется, должны волновать государство. Ну, вот людям что-то другое интересно. Я же говорю…

Иванова: Как вы находите своих журналистов? Кто у вас задерживается?

Гурская: У нас задерживаются люди, которым интересны другие люди, наверное, прежде всего. Не политические процессы, не митинги, не… Вот тут недавно мне задали вопрос: «А взяли бы вы на работу гея»? Я говорю: «Гея – не взяла бы, вот журналиста бы – взяла. А гея - нет, у меня нет такой вакансии». Понимаете? Знаете, разные люди приходили, те, что остались работать, я думаю, они разделяют мои убеждения и мои какие-то ценности. Для меня как руководителя это важно…

Иванова: У нас есть вопрос из зала, правда, поступил в форме записки….

Гурская: Пока ты дочитаешь, я про снобизм чуть-чуть расскажу. У нас, да и в Москве точно также, некая есть зашоренность. Мы заняты решением великих проблем, каких-то эпохальных сдвигов, каких-то тектонических, наблюдением, анализом этих сдвигов. А на самом деле мимо нас проходит жизнь, прекрасная и чудесная. И вот это путешествие, в котором мы побывали, оно нас как раз чуть-чуть приземлило. И журналисту, мне кажется, нужно вот это вот приземление.

Иванова: Сейчас вернемся к этой записке, она такая подробная, я хочу, чтобы ты ее тоже прочитала, озвучить, еще и без очков, не возьмусь. У меня такой вопрос. На самом деле, все что ты рассказываешь, и это путешествие, и твой взгляд на работу газеты, ну вот какие-нибудь люди сказали бы, что у тебя такая патриотическая позиция. Но почему-то в Доме журналиста далеко не всегда считается хорошим тоном придерживаться патриотической позиции. Я имею ввиду, не в Доме журналиста, я неправильно сказала, среди наших коллег. То есть вот есть журналисты, которым очень важно быть против. Если я против, я - журналист, если я за, то я - не понятно что. Чтобы ты сказала по этому поводу?

Гурская: Я не знаю, есть люди, которых моя бабушка называла поперечными…

Иванова: (смеется) Все им поперечно.

Гурская: Все им не так, и не эдак. Да, может быть, из этой части… НУ, как можно быть против того, что люди где-то в глубинке делают какие-то важные вещи? Никак.

Иванова: С моей точки зрения нельзя.

Гурская: Никак нельзя. Есть люди, которые этого просто не замечают. Для них другие процессы важнее. Вот для них важны усы Грудинина. Я про это и говорю. У нас все СМИ, как с ума сошли, 2 недели мы решали вопрос, сбрил Володька усы или не сбрил усы. И таких бредовых идей… Бойкот этой Госдумы несчастной. Вот РБК бойкотировало-бойкотировало, сегодня открываю РБК и читаю прекрасный материал из Государственной Думы про налоговые каникулы. Отбойкотировали свое. Вот я против каких-то … Я никогда не подписываю никаких петиций. Не потому, что мне это запрещено. Нет, отнюдь нет. Я искренне считаю, что руководитель такого уровня как я, имеет достаточно рычагов влияния для того, чтобы решать многие вопросы не путем публикации открытых писем. Не путем каких-то автографов в общих…

Иванова: То есть, с твоей точки зрения — это больше демонстрация некоей своей позиции, некий пиар на какой-то социальной или политической ситуации?

Гурская: В большинстве случаев – это так и есть. Это мое убеждение. В большинстве случаев так и есть.

Иванова: Есть в зале вопросы? Да, вот здесь давайте, вы уже задавали... Представьтесь только, будьте добры.

Вопрос из зала: Добрый день. Евгений Хакназаров, интернет-журнал «Интересант». Анжелика, вот немножко про патриотизм, опять про деньги и про образ жизни. Представляем, что ситуация в нашей стране изменилась, в городе, и на «Российскую газету» начались гонения. И вам, как ее руководителю, нужно бежать в деревню, к тетке, в глушь, на север. Среди пунктов вашего путешествия, есть ли такой, где вы могли бы остановиться и жить какое-то время? Или там все ужасно, и вы не видите себя на периферии? Ну вот так, спасибо.

Иванова: Имеется ввиду путешествие от Балтики до Арктики.

Гурская: Слушайте, на самом деле, я родом из маленького города Старая Русса Новгородской области и прожила там большую часть своей жизни. 8 лет я жила в Элисте, это тоже маленький город в республике Калмыкия. Поэтому жизнь в малых городах меня вообще никак не пугает. Я из такой крестьянской семьи, поэтому жизнь на земле меня не раздражает, не пугает… Меня сложно вообще чем-то напугать в этой жизни уже… кроме…

Иванова: Уже пуганая такая?

Гурская: Да нет, ну вот чего мне можно бояться? Вот боюсь есть обсыпные эклеры на ночь, все, больше ничего не боюсь.

(смех)

Гурская: Поэтому есть прекрасные места, в которые я бы хотела еще раз вернуться. Возвращаясь к нашему путешествию, всем рекомендую, село Ильинско-Подомское, это Архангельская область. Если вас занесет каким-то чудесным волшебным ветром туда, обязательно попадите в Вилегодскую избу. Это совершенно замечательный туристический такой объект. Там 4 женщины, которые говорят на особом языке, на говоре, это русский язык, но мало понятный нам русский язык. Которые варят кашу в печке, готовят суп из соленых грибов и безалкогольное пиво, от которого просто не оторваться. Я бы хотела вернуться еще раз в Сыктывкар и сходить… Кстати, прекрасный город. Я всегда думала, это дикая глушь. Оказалось, чудесный город, зеленый, прекрасный… Я бы вернулась в замечательный национальный музей. Вы знаете, что у нас на Северо-Западе есть артефакты, которых нет за границей. Ну, например. Вот египетским пирамидам 4,5 тысячи лет, а осколку самой древней лыжи, которая в национальном музее, 8 тысяч лет. А мы вот едем в какой-то Египет за какими-то чудесами, а чудеса рядом.

Иванова: А вот и нет. Эта ситуация меняется, чтобы как-то поддержать эту тему Анжелики. Мои близкие друзья, они занимаются туризмом, состоятельные совершенно люди, живут в Петербурге в центре. Перед Новым годом, когда все едут в Куршавель или куда-то там, или в Египет тот же. Они поехали на Соловки, сняли очень скромную квартирку с питанием, и месяц жили рядом с монастырем, изучая все музеи, все какие-то тропинки, встречались с интересными монахами, какими-то интересными людьми. И они в следующем году собираются ехать туда же и думают, не купить ли там себе жилье, чтобы на старости лет уехать не в Европу, а туда, на Соловки.

Гурская: Нет, я и в Европу с удовольствием езжу. Чего уж там. Но на самом деле, есть у меня какая-то такая странная традиция. Я отпуск все чаще провожу, если не в пределах России, то в пределах бывшего Советского Союза. Я еще шучу, когда выгонят из «Российской газеты», уйду в тревел-журналистику.

Иванова: Ой, у нас вот просто тут сидит Михаил, который создал Гильдию тревел-журналистов в Союзе журналистов.

Гурская: Вот я сразу к нему и пойду. Я в августе прошлого года побывала в Киргизии, в январе этого года побывала в Перми, всюду хорошо.

Иванова: Хорошо Анжелика, про путешествия понятно, но вот «Российскую газету» ты издаешь, а какие газеты ты читаешь, кроме «Российской»? Точнее так, не издаешь, а руководишь работой филиала. Раз ты директор, будем точны в формулировках. Издает – издатель, печатает типография, а ты руководишь.

Гурская: Да. Читаю я разные газеты, очень люблю читать региональную прессу. Обязательно набираю с собой пачку газет, когда приезжаю в Мурманск, Архангельск, Калининград, обязательно набираю пачку газет, читаю сама, отдаю редактору, с тем, чтобы понимать язык тех регионов, суть их проблем, что-то важное в региональной прессе есть. И если кто и выживет, то региональная пресса в первую очередь.

Иванова: Почему?

Гурская: Потому что они ближе к людям, они им понятнее. Региональной прессе врать сложнее. Знаете, вот мы своего читателя видим только когда, я не знаю, если вот забредет кто-нибудь в «Российскую газету». Бывает, приходят люди своими ногами со своими проблемами. Такое тоже случается. А люди в селах, в деревнях, они же своих читателей видят в магазине, в школе, на улице. Поэтому тут другая мера ответственности, совершенно другой уровень доверия, и, мне кажется, капитализировать это очень даже возможно.

Иванова: Скажи пожалуйста, с твоей точки зрения, что сейчас происходит с медиапространством. Есть такое мнение у журналистов, что оно схлопывается, в силу такой политической ситуации в стране, выстроенной вертикали, совершенно определенной линии, задачам. Нет места для разнообразной прессы, нет места для конкуренции в журналистике.

Гурская: Я не знаю, по-моему, столько газет и интернет-изданий сейчас, телеканалов, как сейчас, по-моему, не было ни в одну пору. Хорошо, пропало «Невское время», появилась «Мойка 78». Пропал телеканал 100, появился «Лайф 78» и так далее. Все время, что-то схлопывается, что-то расхлопывается. Это… некоторые СМИ, вот, по-моему, твердому убеждению, схлопнуть бы и не мешало. Так что… Это жизненный процесс. Тут, как в джунглях, выживает сильнейший, к сожалению, тот, кто будет успевать за медиатрендами, тот кто будет… Вы посмотрите, что происходит. Вот эта последняя трагедия в Кемерове. Не отреагировали на нее государственные СМИ – почему? Ну главные СМИ, не государственные… главные СМИ – медленно отреагировали. Зато отработал по полной Телеграм. То есть мы переходим в другое качество информационных потоков…

Иванова: Только вокруг Телеграма идут все время разговоры, чтобы закрыть его на территории России.

Гурская: Это ж только разговоры. Когда еще закроют?

Иванова: Вот здесь идет активное такое обсуждение, вы не хотите в микрофон высказать, все, что вы там обсуждаете?

Слепак: Я хочу еще попросить возможности два вопроса задать. Первый вопрос, меня как не молодого уже журналиста, меня интересует услышать имена тех журналистов, я думаю, ярких, которые представляли Петербург в «Российской газете» за последнюю четверть века, хотя бы несколько имен.

Гурская: Во-первых, петербургский филиал не существует четверть века, и я работаю в «Российской газете» только 9 лет. За 9 лет могу назвать имена, которые сегодня уже как бы заявили о себе…

Иванова: Ну, называй…

Гурская: Ну, вот, пожалуйста, Вера Черенева, которая здесь присутствует. Вера Черенева – обладатель множества наград, и всероссийского значения. Мария Голубкова, тоже здесь присутствует. У нас действительно есть люди, которые и болеют за то, что делают, и действительно достойные люди. Читайте «Российскую газету», там много интересного.

Иванова: И второй вопрос, пожалуйста.

Слепак: Сколько примерно полос газета выделяет в неделю Петербургу?

Иванова: Спасибо. Микрофон, пожалуйста, возвращайте. То есть вы выходите, есть у вас петербургская вкладка, полоса или как?

Гурская: Мы выходим несколькими влкадками. В ежедневной газете новости из Петербурга можно читать: во вторник выходят полосы «Экономика Северо-Запада», в среду выходит полоса «Санкт-Петербург», а в четверг – в издании «Российская газета. Неделя» выходит 4 полосы формата А3 «Российская газета. Северо-Запад».

Иванова: Что является приоритетом? Какие темы в первую очередь освещаются вашей редакцией?

Гурская: Социального звучания. В первую очередь. То есть это темы, которые у всех на слуху, но применительно к нашей географии.

Иванова: Например?

Гурская: Мы в основном работаем по обращениям людей. То есть …

Иванова: У вас есть отдел писем, как в советских средствах массовой информации? Есть редакторы, которые отвечают гражданам?

Гурская: У нас есть дежурные корреспонденты, которые принимают заявки от наших читателей, каждый день, пожалуйста, обращайтесь, и по телефону, и письменно. Мы рассматриваем заявки, принимаем их, и по многим из них потом выходят публикации. Так что... Очень многим людям, действительно, помогли решить какие-то проблемы. Может быть, они действительно покажутся маленькими эти проблемы. Ну, например, к нам обратился инвалид. В его доме после ремонта ТСЖ установило дверь с высоким порогом. Человек перестал получать возможность выехать самостоятельно за пределы своего подъезда. Боролся с ТСЖ, порог не спиливали, казалось бы, маленькая проблема… А этот порог отравлял жизнь человеку, и решить эту проблему, не обратившись в нашу газету, оказалось невозможным.

Иванова: Я хочу еще раз вернуться к материалу о муниципалах, а как же так, вы вроде государственная газета, должны интересы государства представлять. Муниципальные депутаты – они же вроде как государственная власть, а вы там такой материал затеваете, выражаете им практически полное недоверие….

Гурская: Мы отстаиваем интересы государства, а не интересы – власти. Государство и власть – это разные понятия. У нас власть иногда сама не отстаивает интересы государства, забывает про них, пренебрегает ими, попирает их, это мы видим повсеместно. Вот таким властям надо давать отпор, в том числе и в государственной газете, почему нет.

Иванова: И ваши московские коллеги, ваша редакция, вас в этом поддерживают?

Гурская: Более того, они говорят: «Где? Где зубастые материалы? Давайте-давайте!».

Иванова: Есть еще вопросы в зале? Да, пожалуйста.

Вопрос из зала: У меня такой вопрос. Вот выходит полоса, скажем, «Санкт-Петербург» или «Северо-Запад» разворот, вы должны как-то через Москву утверждать ваши тексты, то что вы будете там печатать? Это первое. И второе. Если какой-то текст попадается общероссийского масштаба, перепечатывают ли в Москве, когда выходит в разных других регионах общий выпуск, эти материалы?

Иванова: Спасибо большое.

Гурская: Безусловно, нет нужды перепечатывать тексты, которые имеют федеральное значение. Они сразу печатаются на федеральных полосах.

Иванова: То есть ваша редакция…

Гурская: То есть у нас есть право заявлять темы на федеральные полосы. И действительно очень много публикаций из Петербурга читает аудитория от Калининграда до Дальнего Востока. Поэтому… Нас слышат.

Иванова: И был вопрос достаточно интересный, фактически о цензуре. То есть читает ли ваши полосы Москва? Имеет ли право редакционной правки или какого-то вмешательства в редакционную политику?

Гурская: Безусловно. У нас газета все-таки выпускается в Москве. Мы всего лишь подчиненный филиал, мы не работаем по франшизе, как, например, работают «Аргументы и факты». Мы подчиненное подразделение…

Иванова: То есть вы встроены…

Гурская: Мы встроены в вертикаль, абсолютно. У нас есть московские редакторы, с которыми мы согласуем редакционную политику. С которыми мы согласуем темы, но каких-то больших серьезных разногласий…. Конечно, бывают творческие споры. Вот вчера до 2 часов ночи мы ругались по поводу заголовка. Мы хотели один, они хотели другой. И вот часа полтора, наверное, мы вот…

Иванова: А вы какой хотели, а они какой?

Гурская: Мы хотели хороший, они хотели еще лучше. Мы придумали лучше, чем они придумали. Вот в такие игры мы играем. Если вы спрашиваете о том, не зарубают ли нам какие-то темы… Ну если они кажутся мелкими, незначительными, или слишком местечковыми, то да, бывает такое, что нам говорят: «Ну, что же вы. Давайте что-то посерьезнее посмотрим». Такое тоже бывает.

Иванова: Спасибо. Есть еще здесь желающий задать вопрос. Идет наш микрофонный оператора Соня, пожалуйста.

Вопрос из зала: Павел Яблонский. Издание «Петербургский источник». Во-первых, я может быть, первый корреспондент «Российской газеты». Когда она создавалась, Леонид Петрович Кравченко тогда был у руля. И вот мы с ним встречались, они мне дали письмо, я тогда с Восточной Европой сотрудничал, в длительную поездку, чтобы я там сделал материалы определенные. Я много проездил, вернулся, и тут, к той ситуации, когда здесь очень жестко боролись за это место разные персоны так сказать, и я приехал к разбитому корыту. То есть персоны победили. Так я…

Иванова: Это историческая справка. А теперь вопрос, пожалуйста.

Яблонский: Да, историческая справка. Но вопрос состоит в том, что вот «Российская газета», как я воспринимаю и понимаю, она в определенном смысле, может быть, эталонная как средство массовой информации. Меня интересует с точки зрения языка, например. Занимаются ли здесь внимательно в вашей газете сегодня сохранением русского языка? Я у вас тут даже услышал слово: «Мы в коллаборации с теми-то». Раньше «коллаборационизм» было понятие негативное, это сотрудничество с врагами. А сейчас как бы через пиар-службы это внедряется как благостное мероприятие.

Иванова: Спасибо. Это был, наверное, сегодня последний вопрос. Анжелика. Как-то все получилось достаточно символично, да? «Российская газета»… У нас есть определенная трансляция, поэтому вопросы, к сожалению, заканчиваются, и время трансляции тоже подходи к концу. Символично, «Российская газета» и вопрос о русском языке. Потому что язык, это, наверное, и есть то, что нас объединяет, какая-то идентичность основная. Как мы понимаем, что мы русские? Мы все говорим на русском языке. Но, к сожалению, сегодня многие журналисты перестают на русском языке писать. Как у вас с языковой темой и проблемой?

Гурская: Стараемся… Иногда косячим, случается, бывает…

Иванова: У вас корректоры есть в штате?

Гурская: Корректоры, слава богу, в штате есть. Спасают положение во многом. Но мы все-таки стараемся не брать на работу людей, которые умеют плохо складывать предложения в сложно подчиненные предложения.

Иванова: Дадим Николаю Харлампиеву задать последний вопрос. Да, журнал «Костер», редактор.

Харлампиев: Я бы вот хотел на позитивной ноте вернуться к этой здоровой романтике, «Костру» она всегда была свойственна – автоэкспедиции. Не смотря на эти дикие морозы, поземки, метели, там, наверное, все-таки рождаются дети. И вы, может быть, встречались с ними. Люди там прекрасные, а вот какие там дети? Отличаются ли они? Может быть, к вам в редакцию заходят дети?..

Фомичева: … и читают ли они журнал «Костер»?

Харлампиев: И вообще, читают ли? Как там с гаджетами, и с книгами, и с журналами?

Иванова: Давайте о нашем будущем, но коротко… Но коротко.

Гурская: Дети там прекрасные, не такие как в Петербурге, безусловно. Более простые, наверное. Более приземленные. Более, по-хорошему более простые, вот так вот скажем. Наверное, с какими-то более человеческими мечтами, с более такими земными мечтами…

Иванова: Конкретными?

Гурская: Нет, нет, я имею в виду, более такие человеческие мечты. Вы знаете, мы были в гостях у Деда Мороза, проезжали Великий Устюг, так вот там у него замечательный висел плакат: «Больше мечтайте о несбыточном, больше и сбудется». И мне кажется, мы здесь в столице давным-давно перестали мечтать о каких-то несбыточных вещах. Занимаемся, знаете, бои в глицерине, тут вот что-то такое вязкое, не интересное, не вдохновляющее, а там на свежем воздухе, на снежку-то на белом, там нормальные люди со светлыми лицами. И вот там они сохранились. За этим мы ехали. В этом мы убедились. И, слава богу, и для них мы пишем в том числе.

Иванова: Спасибо большое, Анжелик. «От Балтики до Арктики» - называлась наша сегодняшняя встреча. И, я думаю, вам захочется прочитать материалы «Российской газеты», посвященные этому путешествию, и захочется еще раз открыть газету и посмотреть, о чем же она пишет сегодня. Спасибо.


 

Задать вопрос