22 мая, 18:03
0
20969

Место встречи - Невский, 70: встреча с Ольгой Разиной

 

22 мая – в гостях у проекта "Место встречи - Невский, 70" заместитель генерального директора по производству тематических программ и специальных проектов телеканала «Санкт-Петербург» Ольга Разина.

Канал Piter.TV предлагает вашему вниманию полную текстовую версию эфира:

Иванова: Добрый вечер, добрый вечер всем, кто пришел сегодня на традиционную встречу нашего клуба «Невский, 70. Старые и новые СМИ Петербурга». Сегодня у нас в гостях заместитель генерального директора телеканала «Санкт-Петербург» по производству тематических программ и специальных проектов Ольга Разина. Тема нашей встречи и название нашего клуба, они очень созвучны: «Старые и новые СМИ Санкт-Петербурга». Вот действительно, Ольга, телеканал «Санкт-Петербург» – это старое или новое СМИ нашего города?

Разина: Добрый вечер, уважаемая аудитория, уважаемые зрители. Это очень хороший вопрос, Ирина, потому что телеканалу «Санкт-Петербург» сегодня семь лет…

Иванова: Ой, мы в день рождения?

Разина: Ну, не сегодня, я как-то в расширенном немножко объеме говорю…

Иванова (смеется): А я-то обрадовалась.

Разина (смеется): Нет, не сегодня. День рождения канала – 10 октября. И он был образован 10 октября 2010 года. То есть такая была задумана идеологами этой идеи магия цифр: 10, 10 и 2010.

Иванова: То есть в десятку?

Разина: Да, в десятку сразу, было предопределено. Сейчас каналу семь лет – и, с одной стороны, в каком-то историческом масштабе это возраст как будто бы небольшой. Но, с другой стороны, учитывая объем сделанного, пережитого на телеканале «Санкт-Петербург» за те пять лет, что я там, кажется, что прожита целая жизнь. И, по моим ощущениям, телеканал находится сегодня в стадии такого молодого человека… уже чего-то попробовавшего, чего-то испытавшего и определившегося в каких-то фундаментальных вещах и взглядах на жизнь глобально, смотрящего уверенно в будущее, с большими амбициями.

Иванова: Но я-то имела в виду совсем другую вещь. Дело в том, что телеканал «Санкт-Петербург» находится на улице Чапыгина. А «Чапыга» для всех журналистов – такое родное слово. «Пятый канал», канал «ВГТРК Петербург», когда был до этого, еще как-то... То есть это такое историческое место, где в Петербурге было телевидение, городское телевидение. Вот считаете ли вы себя правопреемником того телевидения… ну, не в юридическом смысле, а как наследником, точнее.

Разина: Что касается здания, с одной стороны, в этом есть, конечно, какие-то хорошие основы академизма, какая-то предыстория. Наследниками себя считает «Пятый канал», как-то так сложилось. Но в каком-то нравственном и моральном смысле и в отношении какой-то вот программной политики и того, что мы делаем в эфире, мы себя считаем наследниками Ленинградского телевидения. В этом смысле мы, безусловно, считаем себя наследниками, и на этом строилась вообще и наша какая-то идеология, и наше программирование, формирование сетки…

Иванова: Ну вот, сразу понятно – встречаемся с руководителем: идеология, программирование, сетка. Ну, Оля, давайте тогда объяснять, в чем особенность канала «Санкт-Петербург» или, говоря молодежным языком, у нас сегодня есть молодые люди в аудитории, в чем ваша фишка? Кроме того, что вы городской канал и рассказываете все время про город.

Разина: Наша фишка в том, что мы канал городской, универсальный и канал, который… (смеется) Хотела сказать «пропагандирует», но, говоря молодежным языком, продвигает или, как это, «хайпует» на теме Петербурга. То есть мы понимаем, что мы живем в городе, который является феноменом мирового масштаба. Мы считаем, что это наше преимущество, и мы пытаемся его развивать всеми нам доступными способами. И вот в этом наша фишка: что мы не стесняемся говорить, что мы из Петербурга, что у нас есть какой-то особый взгляд, что у нас есть уникальный город, что у нас есть некое моральное право на свою точку зрения. Но при этом очень интеллигентную, корректную, с уважением ко всем.

Иванова: Вспомнился анекдот десятилетней давности, когда человек звонит в Москву и говорит: «Здравствуйте, я из Петербурга». Ему говорят: «Что же вы сразу-то с угроз начинаете…» (смеется) Вот так вот и вы.

Разина (смеется): Нет, мне кажется, это не угроза. Мне кажется, что это, наоборот, гарантия того, что все будет хорошо с вами, если вы нам позвонили.

Иванова: В Доме журналиста вы не только в этом зале выступали публично, но и относительно недавно в нашем актовом зале получали премию правительства города за лучший медиапроект, сделанный телеканалом «Санкт-Петербург». Насколько я понимаю, это был проект трансляции Дня военно-морского флота…

Разина: Да, это была трансляция Дня военно-морского флота.

Иванова: Совсем недавно была трансляция Дня Победы…

Разина: Да.

Иванова: Я так понимаю, что сегодня…

Разина: Скоро будет еще шесть трансляций, связанных с днем рождения нашего города.

Иванова: Почему шесть?

Разина: Потому что много событий в городе, о которых мы считаем необходимым рассказать.

Иванова: И о каждом событии вы будете рассказывать в форме трансляции?

Разина: Да.

Иванова: Я правильно понимаю, что трансляции – это и есть те тематические специальные проекты, которыми вы как заместитель директора занимаетесь?

Разина: Ну, не совсем. Основная моя работа – это большое направление программ на телеканале. То есть можно представить, что наш телеканал делится на три больших сегмента, если говорить о собственном производстве и не говорить о кинопоказе. Это, безусловно, новости, которые всегда являются скелетом – таким вот регулярным, очень активным, пульсирующим – телеканала. Это общественно-политические программы, аналитические, серьезные, задающие нужный вектор и направление, исследующие проблемы и решающие сложные социальные задачи. И есть программы так называемые «тематические». Честно говоря, моя должность тоже претерпела некоторые изменения за эти годы. Потому что сначала она была «по художественно-публицистическим программам». То есть речь идет обо всем, что не касается буквально общественно-политического вещания и новостей. И в принципе у нас достаточный объем регулярных программ. Есть программа «Хорошее утро», даже есть ведущая, чудом, в этом зале. «Хорошее утро»  – это регулярный проект, ежедневный, который был запущен на канале в том числе и для того, чтобы аудитория, город понимал, что мы живем полноценной жизнью. Мы уже с утра вместе с вами разделяем все ваши планы, задачи, решаем все ваши вопросы, дарим вам надежду и прочее. Это ежедневный проект, который выходит утром. Замыкающим проектом, который я курирую, является «Культурная эволюция». Это ежедневная программа, скажем так, культурное обозрение, можно описать…

Иванова: О ней мы поговорим чуть позже, когда подберемся к заявленной теме «Культуры много не бывает?» со знаком вопроса.

Разина: Давай тогда я просто подытожу, что есть, одним словом, регулярные программы, которые выходят. Тематические, скажем так, культурно-просветительские и трансляции.

Иванова: Какое место трансляции занимают?

Разина: Сейчас трансляции занимают существенное место, потому что, наверное, если характеризовать какой-то современный этап нашего телеканала, то, пожалуй, мы не просто пришли к выводу, что трансляции – это не просто очень востребованный контент, очень востребованный продукт зрителем, потому что делает его сопричастным…

Иванова: И у нас тоже сегодня трансляция…

Разина: Да, тоже сегодня трансляция. Вот. И у нас появилась возможность делать их больше, делать их в полном объеме. Потому что, безусловно, это очень энергозатратно – мы не будем говорить о финансовой стороне, которая тоже существует – есть очень большой комплекс технических задач, которые должны быть реализованы, чтобы осуществлялись трансляции. Есть… самое главное, конечно, люди, которые способны это сделать, и люди у нас есть.

Иванова: И сразу вопрос. Вот очень… ну так все, трансляции – понятно, новое направление, тренд…

Разина: Старое направление, но да, тренд.

Иванова: Новый тренд… Ольга Разина во время трансляции находится где?

Разина: Во время трансляции… (смеется) Хотела сказать «везде».

Иванова (смеется): Как это?

Разина: Я посмотрела в телефоне, в прошлое 9 мая я находилась только на Чапыгина, только в телецентре, у меня пройдено около 10 км. Я не могла понять, как это случилось. Я не выходила из здания. Я нахожусь там, где нужно принимать самые основные решения, наверное. Если у нас сложная ситуация с ведущим в студии, я спущусь в студию. Или я буду стоять в АСБ наверху.

Иванова: АСБ – это аппаратная?

Разина: Да, АСБ – это аппаратная. Если нужно срочно вырезать что-то из парада, который вдруг там совпал с выстрелом пушки, то я пойду туда, безусловно, потому что это действительно важный момент, и тут важно не промахнуться.

Иванова: Вырезать, потому что брак по звуку?

Разина: Нет, не брак по звуку, ну, разные бывают особенности…

Иванова: Ясно. Оля, а мы на «вы» или на «ты»? Так давно знакомы…

Разина: Как будет удобно.

Иванова: Ну, хорошо, как все-таки заместитель директора канала будем на «вы».

Разина: Но часть человеческая, как мне кажется, должна превалировать…

Иванова: Хорошо. Оля, тогда… Твоя работа в этот момент – принимать решения и все сложные, какие-то спорные моменты убирать из эфира?

Разина: Ну, не то чтобы убирать из эфира. Тут вопрос не в том, чтобы убирать, а в том, что во время прямой трансляции все меняется. И мы это все знаем. Моя задача, во-первых, если говорить не только о том, что я делаю во время эфира, а вообще, что я делаю, это собрать, так сказать, идеальную команду. В принципе на трансляции я работаю как продюсер. Я, конечно, много знаю в телевидении, как ты знаешь, я прошла много разных этапов…

Иванова: Давай здесь скажем два слова, это важно. Ольга начинала как корреспондент в «Информ-ТВ», потом была автором, ведущей программ на «Шестом канале», еще до того, как он стал «СТС». Потом создавала собственный проект в интернете «Искусство ТВ» и успешно им руководила. Потом делала собственный контент… «Студия Ольги Разиной», да? Телевизионный.

Разина: Да, я работала….

Иванова: И потом, в конце концов, была приглашена на канал «Санкт-Петербург».

Разина: На Чапыгина, 6.

Иванова: Сергеем Боярским, да.

Разина: Да. Мы завершим тему с ролью на трансляции? (смеется)

Иванова: Да.

Разина (смеется): Чтобы было понятно. Мой функционал – собрать идеальную команду, дальше – создать, наверное, какие-то… правильный какой-то месседж основной.

Иванова: То есть зачем мы ее делаем?

Разина: Зачем мы ее делаем. Люди все должны понимать, что мы хотим сказать, каждый на своем месте. Дальше я должна постараться как-то всем помочь или, наоборот, показать обратимость или необратимость того или иного решения. Создать такие условия, чтобы все работали максимально эффективно.

Иванова: Когда ты стала сейчас об этом говорить, я подумала, ты скажешь: «Дальше я всем должна понравиться, чтобы они любили руководителя». Нет? (смеется) Это важно – нравиться команде, которую ты собрала?

Разина: Я не знаю, как важно нравиться команде… Для меня важно, чтобы и мне команда нравилась. Ну, конечно, мне важно, что люди меня воспринимают, но… Это тоже отдельная большая тема – команды. Я рада, что некоторые даже пришли сегодня, потому что это повод сказать «спасибо». Ну так вот, вернемся, закончим все же тему…

Иванова (смеется): Очень женский разговор.

Разина: Мы собрали команду, дальше эта команда начинает решать свою часть задач. Их очень много. Дальше, вот в момент этого решения задач, будет многое меняться. Мы у меня собираемся и самые какие-то острые моменты обсуждаем, проговариваем. Дальше… в общем, это проходит большой путь, трансляция трансформируется в зависимости от того, как все меняется. И потом, когда мы выходим в эфир, тогда уже все красивые: кто с цветочком приколотым, кто в белой блузочке, кто, не знаю, на травке. Все расставлены, все готовы, все понимают, кто и что должен говорить. И дальше нужно просто уже стараться всем помочь.

Иванова: Ну, мне вот в этой истории очень нравится… Я очень рада, что ты получила фактически благодарность от правительства города. Мне очень нравится, что это очень живое телевидение, что оно не заформализованное, что оно дышит, что оно здесь и сейчас. В этом смысле это очень здорово…

Разина: Спасибо.

Иванова: Я смотрела трансляцию канала 9 мая. Я видела, например, уставших ведущих. Уставших реально, это было часа в 3-4 дня, но по-хорошему уставших, уставших от того, что они все время включены в студии. Я видела уставших на улице, которые передавали атмосферу праздника этого города. Это очень здорово. Но вот о трансляции: это та самая культура, которой много или мало не бывает, или это все-таки какой-то эфир? Относится ли он к культурному эфиру, если мы живем в культурной столице, например?

Разина: Безусловно. Нужно просто определить, как мы относимся к слову «культура». Если мы говорим о культуре как об искусстве, явлениях из жизни художников, музыкантов и так далее, то, может, только косвенно, но все равно относится. Но если мы говорим о культуре как явлении, движении общества вперед, как о цивилизационном развитии каком-то, образовательном развитии, то это, безусловно, культура. Потому что мы не просто, не знаю, поставили галочки «День Победы», а мы пережили разное участие, разложили его на огромное количество граней и поняли, почему День Победы такой, почему мы дорожим этими людьми, почему дорожим этими памятниками. В плане глубины осмысленности этой жизни вообще это, безусловно, культура. И ВМФ – культура, потому что это история нашего города, это традиции семей, это их образование. Даже если мы возьмем любой военный подвиг, мы там найдем множество культурных граней. Поэтому я, конечно, считаю, что это и культура тоже.

Иванова: И, собственно, об основном культурном проекте расскажите. И потом вернемся к тезису «культуры много или мало, и сколько ее на самом деле в телевизионном эфире…»

Разина: А основной культурный проект…?

Иванова: Ваш, который завершает каждый день.

Разина: А, «Культурная эволюция» (смеется). Мне просто сложно говорить, какой основной проект. Потому что, мне кажется, что все проекты не случайные, очень важные и все по-своему основные.

Иванова: Но вот «Культурная эволюция», я так понимаю, это некий аналог «Новостей культуры»? Нет? Только в Северной столице…

Разина:  Хотелось бы, чтобы их воспринимали не совсем так (смеется). Я над этим работаю.

Иванова: Замысел был другой?

Разина: Да, не хотелось бы повторять новости. Потому что новости у нас замечательные, сильная команда, и, безусловно, любое событие культуры, оно всегда… ну, не всегда, но очень часто в топе. И мы все пересекаемся. И когда мы делаем новости, мы просто пересматриваем инфоповоды и так или иначе попадаем на события культуры или творчества. Задача у программы «Культурная эволюция» с неслучайным названием – доказать, что культура – это явление, которое меняет жизнь к лучшему. Что оно развивает наше общество. И поэтому, вот, в принципе установка у программы «Культурная эволюция» – показывать не события, а явления. Находить в каждой выставке, в каждой премьере, в каждом герое, в каждом интервью что-то, что либо рассказывает, отражает нашу жизнь, что в общем как-то ее преображает…

Иванова: Как ищите?

Разина: Как ищем?

Иванова: Ну, как ищите эти события?

Разина: Есть целая большая бригада прекрасная. И, наверное, отличает программу «Культурная эволюция» в том числе и как ищут, и как смотрят концептуально на эти события, то, что в этой команде не просто журналисты, а в том числе и специалисты. Ну вот, например, такой самый яркий пример, который, наверное, всем будет понятен, что у нас корреспондентом в программе «Культурная эволюция» работает Виктор Борисович Высоцкий. Это известнейший в городе человек, музыкант, арт-директор и так далее…

Иванова: Выступает перед спектаклями в Мариинском театре, рассказывает…

Разина: Да, да… И, с одной стороны, для меня, в общем, большая честь, что он согласился на такую позицию в этой программе. Это говорит о том, что действительно она позволяет ему реализовываться как специалисту, позволяет ему там говорить те слова, которые приходят ему в голову, и высказывать те мысли. Кроме того, это дает особый взгляд на эти события. В общем, авторы там подобраны не случайно. Ну, авторы у нас много где подобраны не случайно. Например, в той же программе «Утро», где мы много говорим о культуре, даже иногда очень… (смеется) Очень-очень, как мы понимаем, много. Там просто другой ракурс…

Иванова: Получается, что культуры много в эфире?

Разина: Культуры много в эфире, да!

Иванова: Это хорошо или плохо, с вашей точки зрения?

Разина: Нет, с моей точки зрения, конечно, хорошо (смеется). Это просто прекрасно, что культуры много. Но вот, поскольку все-таки я менеджер отчасти, а не просто зритель, купивший билет в театр и получающий наслаждение от процесса, моя задача – сделать так, чтобы то, чем мы занимаемся, было интересно не только нам (хотя оно в первую очередь должно быть интересно нам, чтобы был эффект), но чтобы события культуры, о которых мы рассказываем, явления, люди, они стали почему-то интересны аудитории…

Иванова: Они становятся?

Разина: Я на это очень надеюсь. Тут невозможно сделать правдоподобный, как сказать, точный вывод. Но, допустим, рейтинг той же программы «Культурная эволюция», он очень приличный по сравнению со средней долей канала. Он как бы никогда так не выстреливает как трансляции, но он всегда держится на каком-то уровне. Это говорит о том, что, конечно, в Петербурге есть прослойка людей, которым понятен этот язык. Но моя задача – сделать эту программу «Культурная эволюция», ну, проще говоря, модной. Поэтому в ней такая яркая броская графика, очень современная, поэтому мы мучаем там авторов и редакторов, просим их делать не просто сюжеты, а делать то какие-то топы, то какие-то анализы, то изучать книги отзывов, в общем, искать какие-то формы достаточно авторитетные, но при этом все-таки понятные зрителю.

Иванова: Понятно. А откуда же возникла наша с вами тема «Культуры много не бывает?» со знаком вопроса? Что в этом процессе все-таки вызывает, может быть, какие-то сомнения, или с чем-то вы, может, не согласны? Я хочу предложить залу присоединиться к нашему разговору, можно задавать вопросы, можно просто высказать свою точку зрения по заявленной теме. Хватает ли вам культуры в нашем телеэфире – может быть, не только на канале «Санкт-Петербург», может быть, вообще – и считаете ли вы, что Санкт-Петербург как культурная столица достаточно хорошо представлен в средствах массовой информации, в данном случае телевизионных? Есть какие-то мысли в зале или желание задать вопрос? Юрий Ильич, микрофон возьмите, пожалуйста. Юрий Ильич Светов.

Светов: У меня два вопроса. Оля, вот за эти семь лет я иногда бываю на канале, когда приглашают. У меня такое ощущение, что очень много людей сменилось, я за эти семь лет смотрю, что у вас обновление существенное в людях, да, произошло?

Разина: Мне так не кажется. По крайней мере, я пришла… сколько вот там, пять лет назад, и команда, которую мы формировали, мне кажется, она в подавляющем количестве сохранилась. Правда? И, наверное, только какие-то примыкают к нам как-то люди… Просто, может быть, вы пришли в новую программу какую-то, которая запустилась, и там не было еще до этого никаких людей.

Светов: Второй вопрос о том… Вы говорили о событиях и явлениях, а я – о людях. Помнится, в прежние времена вы как раз делали все время программы о людях. Вот каждый год я как один из авторов делаю очередной выпуск «Кто есть кто в Санкт-Петербурге». И нам все время хочется, чтобы там было больше молодых новых персоналий. Сложнее всего с культурой. Ощущение, что у нас тех людей… Вот я писал о Мирославе Култышеве, когда ему было 15 лет, и вот он как взлетел, так и держит эту марку. А вот сейчас думаешь: среди писателей – Ксения Букша, у композиторов – Настасья Хрущева, среди актеров – Янина Лакоба, допустим, появилась и кто-то еще. А вообще вы замечаете, что есть молодые люди в нашей культуре петербургской, кому нужна поддержка, кого вывести к вам в «Культурную эволюцию»? Или сейчас такой период, что у нас этих ярких звездочек, способных превратиться в явление культурной жизни города и страны, не хватает?

Разина: Мне кажется, они есть. Я бы их искала в музейном, мне кажется, сообществе… Если не говорить о хореографах, вот Варнаву я вспомнила из молодых, не знаю, все-таки считается ли он у нас петербургским или нет. Но вот он молодой парень совсем, ему 28, и однозначно талантливый, и имя. А вот, мне кажется, музейное сообщество живет сегодня такой полноценной, творческой жизнью, и они, может быть… отчасти оттого, что им нужно собирать зрителей, все-таки у них есть количественные показатели, я не знаю, да. Они почему-то делают действительно очень какие-то интересные проекты.

Иванова: Мне кажется, Юрий Ильич затронул очень важную тему. И ее можно повернуть другой стороной. Вопрос в том, что телевидение всегда нуждается в медийных персонах, и именно они приносят ему рейтинги. И, насколько я знаю, далеко не каждое телевидение готово растить этих медийных персон: все хотят получить сразу готового популярного спикера. Готового популярного человека в кадр. И получается замкнутый круг. Тех, кто есть, уже невозможно ни смотреть, ни слушать, не хочется никак. А молодых не берут, потому что сразу падают рейтинги программы, они не интересны. Но если не брать молодых, то не будет потом…

Разина (смеется): То потом вообще никого не будет...

Иванова: Как вы решаете эту проблему в вашем эфире?

Разина: Я всегда прошу молодых. И наш директор Борис Михайлович всегда просит искать молодых. Мы прогрессивные, мы готовы…

Иванова: То есть вы готовы терять рейтинг?

Разина: Мы не то что готовы терять… Рейтинг – это вообще такая сложная штука. Но мне кажется, если это лицо неизвестное, надо просто объяснить, почему этот человек здесь, и нужно его раскрывать. И тогда через какое-то время он станет известным. Но таких людей немного, поэтому тут реальной такой проблемы не существует.

Иванова: Мне кажется, их немного, потому что они не попадают в фокус внимания тележурналистов в том числе.

Разина: Я бы тут сейчас с этим не согласилась, Ира, потому что сегодня попасть в фокус тележурналистов – это ты сделал пост в «Инстаграме» и обошел все рейтинги телеканала.

(Иванова смеется)

Разина: Ну, это я к тому, что если у тебя действительно есть этот потенциал и тебе есть что сказать, ты можешь стать успешным. И неслучайно все, даже самые-самые крупные федеральные каналы, они уже ищут этих людей в сети. Потому что самые популярные люди – в сети, если мы хотим их искать. Но вот у нас – все-таки я завершаю этот вопрос Юрия Ильича – я хочу сказать... Вот Дмитрий Озерков, хотя он уже тоже не совсем такой молодой получается (смеется). Ему уже 40… Но вот вся у них команда там, Ксения Малич, там есть молодежь. Опять-таки потому что…

Иванова: Это музейная жизнь…

Разина: Да, это музейная жизнь. Замечательная команда в том же Театральном музее. Там вроде бы Наталья Ивановна сама человек очень опытный, но рядом с ней очень много молодых, талантливых и интересных людей.

Иванова: Неудивительно. Наталья Ивановна Метелица, директор Театрального музея, взяла себе в PR-специалисты Ольгу Комок, которая, так сказать, была звездой телеэфира, рассказывала о культуре в нашем городе.

Разина: Да, да.

Иванова: То есть обратное движение тоже происходит. Не только из культуры в телевидение, но и из телевидения в культуру…

Разина: А потому что…

Светов: Музейное сообщество, о котором вы говорили, там как раз прекрасное сочетание. Все директора ведущие, они уже 70-летний рубеж перешагнули, но они думают о будущем, дают свободу действия. Но Дмитрий Озерков… Диме, конечно, за 40, но он сколько лет на виду, и он может делать интересные программы. То есть это движение есть. Но меня интересуют театры и, конечно, художники, музыка… Вот. Там незаметно. Было время, когда Петербург… только назовешь имя, и понятно, что стоит за ним. А сейчас не очень заметно.

Иванова: А сейчас есть некий общий бренд «Культурная столица». Вы знаете, такой большой щит, на нем написано: «Санкт-Петербург – культурная столица». Но что там, за этим щитом?

Разина: Подождите, подождите, это не так. Вот посмотрите, сидит у нас в зале прекрасная ангелоподобная Арина Обух (смеется). Арина – художник, автор книг, она вообще очень талантливый человек, уже можно сказать… Сколько тебе лет, Арина, если не секрет?

Иванова: Передайте Арине микрофон, пожалуйста…

Разина: И вот я считаю, что Арина, мне кажется, в каких-то кругах очень известный человек. Сколько тебе? 20…?

Обух: 23 исполнилось.

Разина: 23 всего года. Вот у Арины уже есть, мне кажется, хороший такой бэкграунд, старт для того, чтобы стать вообще не просто такой прекрасной барышней, но и настоящей яркой звездой. Эти есть люди, мы их видим…

Иванова: Можно вопрос Арине? Арина, а тяжело было вообще пробиться в какое-то пространство медийное, чтобы вас знали, чтобы о вас знали?

Разина: Арина не то чтобы в медийном пространстве. Она у нас не работает, я просто ее знаю…

Иванова: Нет, я имею в виду в медийное пространство. Вот вы, Оля, как директор телеканала знаете, что в городе есть вот такой молодой и талантливый человек…

Разина: Добро пожаловать к нам, все подтвердят.

Иванова: Насколько вы себя чувствуете известной, востребованной, и как вам вообще живется?

Обух: Ну, для начала нужно сказать, что у меня «тяжелая» наследственность: папа – художник, мама – писатель… И плюс, наверное, Ольга скажет про «Малые родины большого Санкт-Петербурга», где моя мама является автором. А я… ну, нельзя сказать, что я знаменита. Но все началось с конкурса «Волошинский сентябрь», где меня взяли под крыло, и вот уже вторая книга выходит на грант Союза писателей Москвы. И все так продолжается удачно.

Иванова: Но то, что у вас родители занимаются творчеством, сыграло какую-то роль? Как вы думаете, если бы папа не был… писателем, как вы сказали?

Обух: Художником.

Иванова: Художником, а мама – писателем, все так же здорово получилось?

Обух: Если бы их не было, меня бы не было …

(Разина смеется)

Иванова (смеется): Ну, это понятно, все мы вышли из семьи. И она многое определяет. Вопрос все-таки залу. Хватает ли вам в эфире культуры? Хочется ее больше или меньше? С вашей точки зрения, телеканал «Санкт-Петербург» решает задачу показать наш город как культурную столицу – или все-таки, когда мы хотим культуры, мы идем на канал «Культура»? В зале может кто-нибудь ответить на этот вопрос? И все задумались… Вот, передайте микрофон, Света, будьте добры.

Из зала: Простите, это была просто реплика. Нет, мы не идем на канал «Культура». Я просто высказался, да.

Разина: Давайте я поддержу Андрея. Мне кажется, тут не совсем корректное сравнение может быть. Потому что канал «Культура»… он либо для тех, кто сам прочно связан с культурой, либо погружен в нее как-то глубоко, с детства, корнями. Это все-таки какая-то элитарная часть. Наша задача – говорить о культуре, безусловно, но так, чтобы это было понятно всем. Вот, в принципе. Потому что на канале «Культура»… ну, все мы любим канал «Культура», у меня там есть свои фавориты и так далее. Но я, например, все тоже не могу смотреть, потому что я, во-первых, таким количеством времени не располагаю, во-вторых, где-то для меня слишком медленно, где-то как-то… Этот канал – для определенного сообщества, которое, безусловно, тоже нужно поддерживать, это миссия, это не нужно сбрасывать со счетов, что вот огромная часть аудитории любых программ на тему культуры – это люди, которые с этим связаны какими-то жизненными обстоятельствами. Но мы как универсальный канал… Я так для себя понимаю нашу задачу: приобщить вот к этому спасительному источнику как можно больше людей, которые, может, ничего и не знали, которым, может, для начала нужно сказать, как в фильме «Афера Томаса Крауна»: «Дети, эта картина стоит 10 млн долларов» – и после этого они должны узнать, кто такой Моне…

Иванова: Да, поддерживаю. Если это у вас миссия, то это замечательно. Вот это как раз сказать тем, кто, может, ничего и не знал. Я в основном с молодыми журналистами, бывает, общаюсь или со студентами. К сожалению, меня часто бэкграунд этого поколения не устраивает. Они действительно очень много чего не знают. Может ли телевидение решить эту задачу? Они ваши зрители или нет? А как сделать так, чтобы были ваши?

Разина: Да… Ну, я бы вот не взялась сказать, что телевидение может. Но телевидение должно стараться. Телевидение должно, это его ответственность…

Иванова: Оля, вы отличницей в школе были?

Разина: Нет, кстати…

Иванова: Странно (смеется).

Разина: Ну, я могла бы быть, но у меня много было других интересов, видимо (смеется).

Иванова: Так, телевидение должно стараться…

Разина: Да. Я тоже вот общаюсь с молодыми людьми, так сказать, которые профессионально стремятся стать кем-то в медиа-сообществе. Я веду курс в Институте кино и телевидения, у меня там замечательные барышни, мне кажется, у которых хороший бэкграунд, у которых тема культуры популярна. И тут что важно? Что как бы каждый человек, занимается он культурой, не занимается, который что-то создает в медиа-пространстве, он это создает для души и выкладывает. Мы как журналисты или как люди, работающие на телевидении (может, это завтра будет называться вообще как-то иначе), мы все-таки решаем определенную задачу. И мы ответственны. И за людей, которые в кадре, и, не знаю, за их моральное состояние после нашего интервью, и за то, как поймет это зритель. И за то, как он это услышит, трансформирует нашу идею, и что он дальше после этого будет делать. Поэтому, конечно, наша задача, чего бы мы ни делали: зовем ли мы гостя в эфир, или мы снимаем сюжет и так далее... Наша задача – сделать так, чтобы это явление, этот человек, который нам уже кажется важным, значительным, существенным, стал близок, понятен вот этим людям.

Иванова: А пример можете какой-нибудь привести? Про какого-нибудь конкретного человека рассказать. Про то, как вам удалось решить эту задачу, например... (смеется) Ну, подумайте, подумайте.

Разина: Ну, обобщенно надо говорить… Ну, пример тут... У меня есть пример приятный из жизни. Вот, в том числе, когда ты перечисляла мои проекты, у меня был такой проект – «Конкурс молодых художников “Ориентиры”». Я его делала уже не помню сколько лет назад. Вообще желание изменить мир к лучшему, оно, видимо, где-то живет, его никуда не деть…

Иванова: Никуда не деть, с ним приходится жить.

Разина: И вот тогда, в тот момент, мне кажется, это был две тысячи… Может, лет десять назад. Я поняла, что у нас в городе есть Академия художеств, и вот эти художники – тогда еще не было такого бума галерей, было несколько галерей – которые учатся очень долго, сложно, постигают эти азы классической школы, почему-то совершенно не востребованы. И вот я изучила как-то ситуацию, поняла, что это так.

Иванова: Провела исследование, да?

Разина: Да, доступное. Пригласила специалистов, благо в городе у нас много хороших знающих людей. И я устроила такой проект под названием «Ориентиры» – это был конкурс молодых художников. Собственно, моя задача тогда внутренняя была – сделать этих художников, таких трудяг настоящих, очень талантливых людей, более популярными. Мне хотелось их вывести, просто вот я не знаю, в красивый зал, устроить им вернисаж, сделать так, чтобы у них буклет остался на память, с которым они потом дальше куда-то придут и скажут: «Вот я». И вот совсем недавно, например... Этот конкурс прожил у меня сколько-то… Конкурсов семь мы, наверное, провели. Откликнулись на него тогда все, у меня были там тогда и Александр Боровский, и Леняшин, ну вот просто эксперты были топовые, Альберт Серафимович Чаркин, все как бы понимали, почувствовали. Я никому ничего не платила, прошу прощения, я просто ко всем приходила и говорила: «Вот, есть такая идея…»

Иванова: «Давайте сделаем!»

Разина: И эти люди приезжали к нам в офис, который находился вообще далеко от удобных мест, смотрели эти картины, потому что они тоже понимали, видимо, где-то внутри себя и чувствовали свою ответственность за эту молодежь. Потом появилось… Прошло какое-то время, и вдруг появилось как-то много этих конкурсов, много проектов, появилось много галерей, и я совершенно спокойно с этой темой рассталась. Я как-то поняла, что моя миссия выполнена. Но, например, на одном из первых конкурсов… у нас было много хороших ребят, в том числе, например, были Илья Гапонов, Иван Плющ, которые сейчас просто в топе. Я тут случайно оказалась совсем недавно на выставке «Арт Пэрис», и я увидела там Илью Гапонова. Я была просто счастлива... Ну, я не увидела его лично, я увидела его работы. Но я поняла, что, вероятно, в том числе и потому, что когда-то, когда он был вообще студентом без всего, и рисовал на каком-то вот этом старом-престаром холсте чем-то неизвестным, и подарил мне карандаш – ну, как бы в знак благодарности – то есть для него это было важно тогда. Для них для всех это было событие и возможность. И я просто счастлива. И он не один, их несколько. Все эти люди… по крайней мере, все, кто там участвовал, они сегодня оказались очень модными, востребованными и прекрасными художниками.

Иванова: Это очень здорово. Но, мне кажется, если возвращаться к телевидению, то и миссия телеканала может быть такая же. Она может быть созвучна.

Разина: Может быть, может быть.

Иванова: В фокус внимания взять каких-то талантливых ребят в разных направлениях. И тем самым открыть им дорогу, показать их миру, чтобы они могли в него выйти из своих студий, из своих каких-то творческих мастерских и так далее.

Разина: Мы открыты для этого.

Иванова: Если у кого-то есть желание сказать в зале… Пожалуйста, Даша… Возьмите микрофон, представьтесь.

Московский: Дмитрий Московский, информационное агентство «ИМА-пресс». Разрешите сидя, как-то тут так удобнее будет. Я хотел бы вернуть в лоно телевидения… вернуть вас в лоно той телевизионной церкви, которой поклоняются, наверное, сегодня миллионы телеманов, миллионы различных «манов». Любопытно, как попытаться удержать… сегодня шел разговор… попытаться удержать зрителя, особенно удержать ценителя самых разных пластов культуры на полижанровом телеканале. Сегодня зашел разговор о канале «Культура», но им в каком-то плане легко…

Разина: Да.

Московский: Потому что они четко заявили, кто они, что они и в какой нише работают. И то, они регулярно получают вопросы такого содержания: «Зачем? Зачем у вас передачи о животных идут? Есть В мире животных. Зачем вы показываете о погоде? Есть географические каналы». И они вынуждены отвечать и на такие вопросы. А вот полижанровый канал, который должен охватывать…

Иванова: Всю жизнь города, да.

Московский: Максимум. Как на острых иглах яркого огня прожить в таком контексте «культур-мультурном», как однажды заявила кластер культуры, бывший губернатор Петербурга Валентина Ивановна Матвиенко? Как?

Иванова: Спасибо, очень хороший вопрос.

Разина: Да, очень хороший. Но вот, в принципе, у меня есть на него ответ.

Иванова: Отлично.

Разина: В принципе, нельзя игнорировать современные способы донесения информации до аудитории.

Иванова: Что вы имеете в виду?

Разина: Что я имею в виду? Нужно понимать, по каким законам вообще развивается это направление как вид искусства, телевидение. Какой у него темп, какой ритм, какие у него сегодня актуальные интонации, какие актуальные визуализации. Потому что человек живет в меняющемся мире, и он должен как бы считывать эту информацию понятным ему способом и языком. Есть такой опасный стереотип, что вот мы делаем про культуру и все… Как бы ни делали. Вы не понимаете – значит, вы не умные люди…

Иванова: Да, а мы все тонкие, продвинутые и о высоком… Да?

Разина: Продвинутые, да. Это просто категорически, я считаю, неверная позиция. Если вы не пришли в узкий свой круг, аудиторию, нужно, конечно, быть гибкими, нужно смотреть за всем, что происходит в мире. Стараться интегрировать в эти сложные темы какие-то формы современного медийного языка – это если говорить о процессуальной какой-то части.

Иванова: Современный медийный язык – это упаковка программы? Это язык, на котором говорят ведущие?

Разина: Это упаковка программы, это верстка… ну вот, в том числе, если даже мы вернемся к теме трансляции… Какие-то наши первые трансляции мы проводили таким образом: мы делали ставку на ведущих в студии, которые там долго сидели, а мы уходили в жизнь города.

Иванова: Самое интересное – ведущий на улице.

Разина: Да. Сейчас мы просто от этого отказались. И ведущие, которые у нас появлялись до того момента, как ты говоришь, до того момента, пока пошел бессмертный полк, это фактически были дикторы. То есть иногда даже нужно не бояться. Хотя у нас были дискуссии, мне говорили: «Что, Оля, это будут просто дикторы?» Я говорила: «Да, это будут просто дикторы» (смеется). «У них должна быть задача, они должны что-то делать». Я говорила: «Они здесь ничего не должны делать. У них другое просто назначение». Не нужно бояться. Если у нас... Просто мы долго отходили, мне кажется, в истории телевидения от того, что сначала у нас были дикторы, потом все стали авторы и ведущие. Предполагалось, что они должны себя как-то выражать. Сейчас, мне кажется, нужно выбирать вот эту и модель поведения, и способ разговора в зависимости от того, какую задачу мы решаем. И не нужно этого бояться, потому что все эти формы понятны, известны, и нужно ими пользоваться. Просто этих штампов должно быть не три, а пятьдесят.

Иванова: То есть в зависимости от задачи ты вынимаешь некий готовый алгоритм, проработанный…

Разина: Я просто представляю. Я понимаю, как прошла там прошлая трансляция, что мне не понравилось, где я чувствую, что был вот какой-то эмоциональный отклик, и где мы провисали. Но у нас очень динамичная команда, и если мы начинаем провисать, мы меняем по ходу дела, так сказать. Потому что важно, конечно, оставаться на одной волне такой переживания со зрителями.

Иванова: А вот, Оля, на человеческий план хочется перейти и спросить, а тебя что удерживает у телевизора? Вот когда ты смотришь программу о культуре или близкую какой-то культурной тематике, вот что тебя цепляет, твой глаз? Когда ты остаешься, не переключаешь?

Разина: Так, если в общем сказать, какая-то гармония. То есть мне вообще много надо: чтобы все было хорошо (смеется). То есть мне должен нравиться герой, мне должен быть интересен разговор, вообще какие-то мысли, которые там высказываются, мне очень важно, как это снято. Мне кажется, нужно уважать искусство телевидения. Хотя журналистика у нас не литература…

Иванова: Ты не смотришь склеечки? Я вот много лет на радио работала – радио включаю и слушаю склейки, если плохо, или ударение, не дай бог, неправильное. Телевизор смотрю, если новости, все равно склейки смотрю. Ты не смотришь склеечки? Тебе удается целостно…?

Разина: Вот, если их не видно, значит, все сделано хорошо. А если ты их видишь, то, значит, есть над чем работать.

Иванова: А любимая программа телевизионная?

Разина: Даже не могу сказать, наверное. Ну, если говорить… Нет, не могу сказать.

Иванова: Вообще интересно, как один из руководителей телеканала «Санкт-Петербург», сколько ты смотришь телевизор? У тебя есть телевизор в кабинете?

Разина: Да, у меня два телевизора в кабинете.

Иванова: Два? По ним разные программы? (смеется)

Разина: Да, они висят передо мной. У меня всегда наш канал, и параллельно у меня идет или канал «Культура», или у меня идут какие-то западные каналы, потому что мне как раз важно считывать события на рынке, тенденции и так далее. Чтобы я видела, какие склейки, цвета, как они, 3D-графика или нет… Я их смотрю без звука в основном все, и я все время сижу и смотрю в телевизор. Но это не удовольствие чистое. Но вот, например, на «Культуре» я с удовольствием могу посмотреть… не всегда, конечно… но, например, программу «Энигма». Ирина Никитина, мне кажется, стала блестящим интервьюером. Я когда-то сама брала у нее интервью как у организатора «Музыкального олимпа». И я считаю, что она состоялась как интервьюер, и ей можно на «Тэфи» куда-то отправлять все программы…

Иванова: Да, это сегодня одна из лучших программ.

Разина: Она просто профи.

Иванова: Это одна из лучших программ, я совершенно согласна. Здесь не поспоришь.

Разина: Хотя она и не для всех, да. Ну, а так как... Я поскольку вижу, как это все сделано, более того, я могу предположить, за какие деньги это все сделано, то, конечно, у меня есть какой-то критический взгляд.

Иванова: То есть бывает грустно иногда?

Разина: Бывает грустно (смеется). Ну, какие-то документальные фильмы я могу с удовольствием посмотреть. Потому что, когда мы говорим о студийных программах или, не знаю там, о форматах «Первого канала», понятно, что это лицензионные программы, дорого сделано, профессионалами высочайшего класса, где расписан каждый вздох. Где вот этот ритм, который заставляет аудиторию почему-то смотреть, он просто запрограммирован. И здесь можно восхищаться искусством профессионализма, мастерства и четко сделанной работы.

Иванова: Ремесла, скорее…

Разина: Да, ремесла, может быть.

Иванова: Да, телевизионного ремесла. Вот так получилось, что в нашем клубе «Невский, 70» это вторая встреча про телевидение. Вот буквально не так давно здесь сидел Андрей Радин, и я тоже его спрашивала, что ему нравится на современном телевидении, а что нет. И он сказал, что ему не хватает интересных собеседников, не хватает умных мыслей. Что он отдал бы им предпочтение по сравнению с самой современной модной графикой, цветом, ритмом и так далее. Можешь прокомментировать это?

Разина: Это вот созвучно тому, что я сказала о программе, которая мне бы понравилась. Безусловно. Особенно, видимо, чем старше становишься, тем тебе важнее какие-то серьезные вещи и какие-то подсказки, как примириться с этой жизнью, чей-то опыт. Вот я делала программу «Действующие лица» с очень достойнейшими людьми нашего города. Там у меня была целая серия, я бы с удовольствием продолжала, просто не хватает физически на это сил. Но это действительно ты приобщаешься к какому-то огромному жизненному опыту, который тебя и вдохновляет, и позволяет узнать многое, понять многое и опереться на это.

Иванова: Оля создала нам такой образ канала очень прогрессивного, с миссией, растущего, думающего, вообще эволюцией, понимаете, занимающегося.

(Разина смеется)

Иванова: У меня есть такой вопрос из серии «ложка дегтя» к этой бочке меда. Но сначала у нас есть вопрос из зала, предайте, пожалуйста, микрофон. Вы представьтесь, как вас зовут, и вопрос. Пожалуйста.

Козлов: Да, я Вадим Козлов. Можно сказать, молодой оператор, хотел у вас узнать по поводу новых СМИ и телеканала «Санкт-Петербург». Планируется ли его перемещать на интернет-площадку, поскольку все-таки поиск нового зрителя… и как бы одна из миссий – приобщение молодежи к культуре и перевод на как бы более жизненную позицию для города, приобщение к культуре самого Петербурга через такой…

Иванова: Интернет.

Козлов: Через интернет. И именно канал «Санкт-Петербург» как…

Иванова: Культурный феномен. Спасибо.

Козлов: Нет, просто…

Разина: Телеканал «Санкт-Петербург» есть в интернете.

Козлов: Нет, просто я видел, что у вас много проектов. Вот как сейчас последняя «Экскурсия на третьем маршруте трамвая» и прочее. А именно перевод полностью эфира?

Разина: Он идет. Весь эфир идет. Вот «Трамвай» – это ноу-хау. Это новые проекты. У нас создано большое подразделение, которому, в общем-то… у которого, можно сказать, есть карт-бланш. Потому что наш руководитель считает, действительно, что все меняется, и интернет – это та среда, в которой нужно завоевывать аудиторию. И у нас обязательно идет вещание в интернет всего, что мы показываем, потому что многие просто смотрят наш канал через интернет…

Иванова: Понятно.

(реплика из зала без микрофона)

Разина: Есть в соцсетях трансляции.

Козлов: Аспект не в интернете, а в соцсетях. Чтобы он туда вещал. Во «ВКонтакте», я знаю, у вас нет вещания…

Иванова: Имеется в виду интернет не как площадка, как ресурс, да… а площадка как социальные сети, какие-то группы, модные ресурсы.

Разина: Я точно знаю, что этим занимаются. И я точно знаю, что у нас есть, например, партнеры. Это не моя зона ответственности, но я немножко в этой теме тоже. Я, например, знаю, что у нас была трансляция в прошлом году джазового фестиваля, которую делали совместно с «Одноклассниками» и которая собрала какое-то безумное количество миллионов просмотров. То есть если раньше нас какие-то состоявшиеся уже сети и такие немножко искушенные, избалованные рекламой игнорировали, то сейчас они все с нами готовы контактировать. По-моему, «Фейсбук»… там с трансляциями какая-то не очень понятная история, но то, что с «Одноклассниками» у нас есть какие-то свои аккаунты и специальные, в общем, форматы… Даже я бы сказала, форматы взаимодействия с каждой конкретной сетью с учетом ее аудитории –  это у нас есть точно.

Иванова: Ну, можно я все-таки свою «ложку дегтя»?

Разина: Конечно.

Иванова: А то так все сладко, что даже уже слишком. На самом деле, хотела сегодня прийти Инна Соснова, тоже активный участник нашего клуба, известный в городе журналист и пиарщик, она была обеспокоена следующей вещью. Столкнулась с тем, что многие известные люди – прежде всего, деятели культуры – не хотят давать интервью молодым корреспондентам…

Разина: Есть такое.

Иванова: Они говорили: «Все равно перепутают. Они все равно все не дослушают. Меня обрежут. Моя мысль будет искажена. Ну и не комильфо мне, в моем уже, так сказать, статусе и возрасте, вот так выглядеть на телеэкране». Что бы вы сказали по этому поводу?

Разина: Я бы сказала, что я с ней согласна. Это действительно проблема. Во-первых, ну, если говорить об этом объективно, то сейчас гораздо шире круг людей, которые просто приходят на телевидение и становятся журналистами по целому большому ряду и кругу причин.

Иванова: Ну, журналистом может стать вообще…

Разина: Да, да, да.

Иванова: Человек шел по улице, пришла ему в голову идея: «Буду-ка я журналистом» – и зашел на телеканал. Примерно так.

Разина: Примерно так и есть. Учитывая, что возможностей много, есть какие-то задачи, есть смена кадров, существует такая проблема. Я просто подписываюсь и согласна. Но как с этим бороться? Мы стараемся, мы… Вот для меня… Я тоже очень щепетильно отношусь и к русскому языку, и к тому, как мы говорим, и с кем мы разговариваем, и с чего мы начинаем разговор, и чем мы заканчиваем – в общем, для меня тоже много важных вещей. Мы у себя в редакции пытаемся это как-то воспитывать и прививать (смеется).

Иванова: Еще вопрос… Пожалуйста.

Козлов: Могу предложить решение…

Иванова: Предложите.

Козлов: Как бы вот… Мы тоже снимаем репортажи, ездим по всем мероприятиям и все снимаем. Вот как бы возможно прицепление отдельного корреспондента или монтажера к какой-то группе у вас на телеканале и полностью проработка от начала и до конца? Хотя бы помощь при ведении интернет-трансляций, чтобы…

Иванова: Вы свою тему с интернетом… Ну, давайте...

Козлов: Ну, не с интернетом, хорошо, с телеканалом. Как бы привод молодых журналистов к вам на канал и приобщение их к культуре СМИ.

Иванова: Понятно, производственная тема. Я думаю, Ольга после завершения нашей трансляции может более подробно уделить ей внимание. Но… то есть идея такая, что если мы сами себе не вырастим достойных корреспондентов, достойных ведущих, то, в общем-то, они ниоткуда и не возьмутся.

Разина: Да, я согласна, так и есть. Но что касается молодежи… Нет дефицита. У нас практикантов море. Другой вопрос, что эти люди нас не устраивают по качеству, по своему кругозору, по своему воспитанию. Потому что, если человек поехал взять интервью или просто снять репортаж в город, он представляет уже не себя, его никто не запомнит. Он представляет наш телеканал и отвечает на своей этой пятиминутной встрече с уважаемым человеком за репутацию целого телеканала.

Иванова: Это мы опять как раз вернулись к вопросу, который я озвучила…

Разина: Проблема есть такая.

Иванова: У вас есть какие-то тренинги, у вас есть специальные школы для корреспондентов? Как вы решаете этот вопрос?

Разина: У нас нет школ для корреспондентов, но у нас есть система сдачи-приемки сюжетов, обсуждения, есть система «увидели-разобрались». Ну, как-то вот так. Или поехали перед съемкой… Для нас это важно, безусловно. В общем… И, наверное, из-за того, что сейчас этот мир гораздо шире, чем раньше… И раньше, я думаю, было так же. Все равно все эти специалисты выращивались уже в редакциях. Просто отбор был совершенно иным.

Иванова: Ну, я начинала работать на Ленинградском радио. Сначала ты работал практикантом очень долго, потом корреспондентом очень долго, потом тебе разрешали сказать два слова в микрофон в студии. И это был долгий процесс, и на каждом этом этапе шел отбор. На каждом этом этапе. Сейчас, конечно, средств массовой информации очень много, людей, которые, в общем, каждый сам себе журналист… «Не взяли на канал, напишу в сети». Поэтому здесь стало сложнее. Но мне кажется, Оля, из того, что вы сказали, очень важно именно то, что, если корреспондент едет на задание от вашего канала, то он представляет уже ваш канал, и, соответственно, он должен быть отобран, обучен, проинструктирован уже вашим каналом.

Разина: Да, безусловно.

Иванова: А чтобы ближе к концу нашего разговора все же вернуться к теме «Культуры много не бывает»… Так вот, вы сказали, что больше всего вы любите гармоничные передачи, когда гармония. Вы смотрите, и все гармонично, все вот как-то сложилось: и картинка, и смысл, и лицо в кадре приятное. Вот, если взять телеканал в целом, то сколько в нем должно быть культуры, общественно-политического вещания, новостей, каких-то историй отдельных о людях? Ведь Петербург – это же люди конкретные, не обязательно известные. Вот как, с вашей точки зрения, должно быть, чтобы вы включали канал и думали: «Боже, как гармонично»?

Разина: Это должно быть 24 часа в сутки.

Иванова: Понятно. Процентное соотношение вот этих всех составляющих: общественно-политическое вещание, новости, культура... Сколько культуры?

Разина: Культуры много. Я культурой считаю все наши проекты: и «Утро», и прекрасный проект «Малые родины большого Петербурга», о котором мы вспоминали, и, собственно, какие-то интервью, и документальные фильмы мы делаем, и ряд программ у нас появлялись, исчезали и так далее. И, в принципе, если посчитать, это будет часа четыре в день, мне кажется.

Иванова: Нет, это как есть. А вот как бы вам хотелось в идеале? Как бы вы чувствовали эфир гармоничным, чтобы в нем все вот сложилось... Четыре достаточно?

Разина (смеется): Пять? Андрей мне подсказывает: пять…

Иванова: Коллеги подсказывают – пять (смеется).

Разина: Ну, тут в общем важно, чтобы эта культура… На самом деле, для зрителя не важно, что он смотрит: тематические программы о культуре, или он смотрит новости, или общественно-политические программы. Для зрителя важно, чтобы он воспринимал это все целостно и воспринимал культуру как обязательную часть своей жизни. Вот, наверное, какая сверхзадача. И поэтому эта культура – в разных своих формах, видах, разных средствах передачи, разными ведущими, разными корреспондентами – должна присутствовать во всем нашем вещании.

Иванова: Очень красивые слова. Прямо такое завершение программы. Мне остается только Ольгу поддержать, потому что, действительно, культуры много не бывает. И чем шире культурное пространство и то, что мы вкладываем в это понятие, тем кажутся интереснее люди вокруг нас, осмысленнее жизнь, осмысленней то, что мы делаем, и тем лучше и интересней мы живем, и с тем большим удовольствием, наверное, работаем – и на телевидении в том числе. Я благодарю всех, кто поддержал наш разговор в нашем клубе журналистском «Невский, 70. Старые и новые СМИ Петербурга». Я благодарю Ольгу, которая, несмотря на то, что вовсю готовит шесть трансляций ко Дню города, смогла прийти сюда, к нам, в Дом журналиста. Следующий раз мы уже встретимся в сентябре. Так что следите за информацией на сайте Союза журналистов и до новых встреч на «Невском, 70».

 

 

Задать вопрос